Книга Герцогиня-дуэлянтка, страница 96 – Минерва Спенсер

Сесиль сурово посмотрела на Гая:

– А почему не…

– Берил сейчас занята, иначе я непременно обратился бы с этой проблемой к ней.

Между Ангусом и некоторыми работниками цирка велась непрерывная война. Стычки происходили почти каждый день, и посредничество Сесиль вряд ли было так уж необходимо, чтобы пригладить взъерошенные перья, или пух, или что там еще бывает у птиц.

Причина, по которой Гай решил прервать их с Натаном беседу, была до боли очевидна, и Сесиль по-прежнему хотела, чтобы гость ушел.

Повернувшись к молодому состоятельному красавцу промышленнику, она с сожалением улыбнулась, мягко пожала ему руку, прежде чем притянуть к себе и поцеловать:

– Мне нужно разобраться с недоразумением, Натан.

Вряд ли можно было назвать такой поцелуй дружеским, и как раз в тот момент, когда его светлость готов был усадить Сесиль к себе на колени, послышалось громкое покашливание.

Она отстранилась, стараясь не обращать на Гая внимания, хотя это было непросто, поскольку он фактически навис над диваном.

Сесиль одарила Натана лучезарной улыбкой:

– С нетерпением жду следующей среды.

Было так приятно уязвить Гая, но она лишь оттянула момент неизбежного расставания с Натаном.

Подобный поворот событий явно раздосадовал барона, но он не собирался устраивать отвратительных сцен.

Сесиль отвернулась от своего гостя и гневно воззрилась на Гая, испепелявшего барона взглядом.

– Почему ты до сих пор здесь? Сообщил мне о проблеме, а теперь иди!

Мелочная радость и стыд всколыхнулись в груди Сесиль при виде густой краски, залившей шею Гая. Его, такого гордого, Сесиль, унижая, постоянно испытывала на прочность. С ее стороны было верхом жестокости подвергать его еще большему унижению, так с ним обращаясь, на глазах у любовника.

И все же она не могла остановиться.

Задержав на Сесиль взгляд дольше, чем осмелился бы любой другой ее работник, Гай почти осязаемо заскрежетал зубами, а потом развернулся и вышел из гостиной.

Натан усмехнулся.

– Ей-богу, Сесиль, ты дразнишь сидящего на цепи тигра. – Его пальцы скользнули к ее подбородку и приподняли лицо так, что она была вынуждена заглянуть в его дерзкие глаза. Губы барона растянулись в усмешке. – Только не пытайся удержать на привязи сразу двух тигров, дорогая, иначе можешь оказаться между ними.

Это была угроза, причем неприкрытая. И если Сесиль не будет осторожна, два мужественных собственника-самца дадут волю своим низменным инстинктам и неизбежно сойдутся на поле боя. И тогда один из них может серьезно пострадать.

Сесиль лишь улыбнулась своему уже почти бывшему любовнику: все эмоции были написаны на его красивом высокомерном лице. Натан еще молод, богат, и множество женщин пытались заманить его в свои сети. А Гай беден, к тому же опозорен и лишен всякой надежды когда-нибудь поправить свое финансовое положение.

Было ясно, что Натан нисколько не сомневался в ее выборе, но вряд ли поверил бы, насколько легко ей принять решение, какого из тигров оставить при себе, а какого отпустить на свободу.

Гаю хотелось что-нибудь разбить или кого-нибудь ударить, когда он вышел из гостиной Сесиль. Потребовалось все его самообладание, чтобы оставить ее в одном помещении с Уитфилдом.

В душе Гая клокотала такая ярость, что он просто не мог вернуться в цирк, не причинив никакого ущерба, поэтому, вместо того чтобы свернуть в коридор, соединявший дом со зданием цирка, с грохотом сбежал по главной лестнице и, схватив куртку и кепку с деревянной вешалки, вышел в ночь.