Книга Башня времен. Заброска в советское детство, страница 16 – Анджей Б., Лев Светлов

Жека уже отошёл от разговора с Геной Барановым и теперь мог сосредоточиться на том, что было у него перед глазами. А перед глазами было прошлое — яркое, осязаемое и настоящее, такой вот получился непрошеный каламбур.

Ух ты, едва не кричал про себя Жека, автобус с «носиком»! Ух ты, урна-пингвин! Ух ты, велик «Салют»! Пацан грызёт заварной крем в пачке. «Слава КПСС» над зданием. Икарус-гармошка. Ух ты, ух ты, ух ты…

А ещё люди, много разных людей. Но они, пожалуй, были такие же, как сейчас, десятилетия спустя, только одеты по-другому и не втыкали в телефоны.

В общем Жека смотрел и смотрел вокруг и жадно пил окружающий мир глазами.

Пить, однако, хотелось не только метафорически. Возле крыльца гастронома блестел железом автомат с газировкой, но монет у Жеки не было. Он перетряхнул карман: точно, копеек не было. Был только тот самый бумажный рубль, смятый носовой платок и ключ от тёти-Олиной квартиры. Говорили, что если как следует врезать по автомату кулаком, что-то в его металлическом нутре сработает и стоившая одну копейку газированная вода нальётся бесплатно. Но Жека этого проверять не стал, да и пить из общего стакана, кое-как вымытого сомнительными тонкими струйками, его не прельщало — ну его нафиг, такой коллективизм.

Зато он обнаружил во дворе пятиэтажки большой и живописный кран-колонку и, поработав рычагом, напился не сказать чтобы вкусной, зато прохладной водопроводной воды.

Напившись, посидел ещё на лавке и направился к гастроному. Постоял снаружи, разглядывая в витрине невысокого белобрысого пацанчика в футболке и шортах — своё отражение. Потом зашёл внутрь и, поглазев на ряды бычков в томате, вязанки бубликов и трёхлитровики с берёзовым соком, купил-таки пломбир и ещё шоколадное «моржо по пятнадцать». Поедая их за металлическим столиком в том же дворе с колонкой, Жека опасался, что по закону подлости его вернут в будущее именно сейчас, обломав кайф, но этого не случилось.

Мороженое было классным, тут и обсуждать нечего. Сейчас такое… да тоже делают, наверное — просто места надо знать.

Не вернули Жеку в будущее ни через полчаса, не через час. Он уже устал бродить, перебегая от одной тени к другой, да и впечатления, честно говоря, несколько притупились. Хотелось на диван: встал-то Жека ни свет ни заря — в смысле, у себя, в будущем, — целый день колесил по городу и пригороду, а потом ещё вот это всё.

Он купил в будке трёхкопеечный билет и минут через двадцать запрыгнул в подкативший дребезжащий красный трамвай, память подсказала нужный номер.

Уютная и прохладная квартира встретила Жеку тишиной — тётя Оля была на работе.

В прихожей висело на стене овальное зеркало в раме, и Жека залип там минут на десять. Он всё смотрел и смотрел на мальчишку с выгоревшими волосами и облупленным носом, и голова покруживалась от ощущения нереальности происходящего.

На кухне, накрытая миской, обнаружилась тарелка с вкуснейшими тёти-Олиными пирожками с картошкой. Жека положил на тарелку парочку, поискал глазами микроволновку, потом дошло, посмеялся. Разогрел пирожки в сковороде на газовой плите, отыскал в холодильнике майонез в банке, помазал чуть-чуть сверху — тётя Оля такому, наверное, удивилась бы. Употреблять майонез со всем подряд, хоть просто мазать на хлеб, Жеку научили в институтском общежитии, и он перестал так делать совсем недавно, когда понял, что разговоры про холестерин и всё такое прочее, наверное, возникли не на пустом месте.