Онлайн книга «Военный инженер товарища Сталина 3»
|
Рассказывая об адмирале Бёрде, он и не подозревал, насколько близко прикоснулся к судьбе американского исследователя, который потом повел к антарктическим берегам ударное авианосное соединение ВМС США. Естественно, это было чистой воды совпадением. Пили вино. Рассуждали о последних новостях. Дважды меняли столовые приборы.Ужин удался на славу: своим кулинарным мастерством блеснула фрау Кролль. Прощаясь, супруга полковника Штрауса изъявила желание, прокатиться завтра по снегам выступающих торосов, а супруга коменданта Базы-211 обещала проводить Ханну Райч, когда та будет взлетать с аэродрома. Отбытие экспедиции назначили через три дня — на утро 12 января. С тем и расстались любезно. Гитлер остался доволен, что при гостях Ханна Райч не выказала своего знакомства ни с ним, ни с Евой. Ведь недаром он самолично когда-то вручал ей Железный крест из собственных рук. Таким образом, тайна пребывания Гитлера в Антарктиде была не нарушена. …Предстоял день отбытия экспедиции. Глава 7 1945 год. 8 января. В поезде на Берлин. Под мерный перестук вагонных колес мы втроем сидели в купе. Охрана стояла снаружи. Поезд шел на Берлин. Постукивая пальцем по крышке портсигара, Скорцени пытливым взглядом оценивал своих собеседников. Борька, расправившись с курицей, закурил сигарету, пуская дым в вентиляцию. За окном проносились давно опустевшие поля. Я ждал вопросов от оберштурмбанфюрера, и вот первый последовал: — Мне известно, что вы, герр Александр, лично бывали в узком окружении Сталина. Но позвольте спросить — чисто по-дружески, без всяких проформ — как вам удалось проникнуть к нему на Ближнюю дачу в Кунцево? Что ж… — промелькнуло в мозгу, — начинает издалека. Главный вопрос будет позже. Кстати, откуда он знает про Кунцево? Там ведь собирались только самые близкие к Сталину люди. Чужих туда не пускали. Охрана со штатом обслуги была проверена тысячи раз. Кто мог слить немцам такую информацию? Если Скорцени знает о Ближней даче, то знает и все остальное. Просто сейчас проверяет меня. А ведь даже Борьки тогда со мной не было. И в бане с вождем мы парились наедине, не считая Власика с Валей Истоминой. Но они-то не в счет! Тогда кто? Кто мог донести верхушке рейха, что некий безвестный конструктор мог попасть прямо в святая святых — в самый засекреченный объект вождя? — Да ничего особенного, — пришлось начать брехать, — тут как раз нет. Раз вы знаете о даче, то должны знать, по каким причинам я туда попал. Скорцени молчал, пытливо ощупывая меня взглядом. Понимая, что нужно срочно спасать положение, Борька бесцеремонно встрял в разговор: — Ты мне лучше скажи, германия, как ты мог напасть на наш след? — Вы не ответили мне, — не обращая внимания на моего друга, вперил в меня взгляд опытный диверсант. При всей моей неприязни к нацизму, как источнику всех бед на планете, я невольно проникнулся уважением к его профессионализму: ни один мускул не дрогнул на лице, ни единым движением не выдал своей растерянности. Он даже не повернул голову к Борьке. Смотрел на меня, не мигая, отчего шрам на лице казался застывшим. — Причины я знаю. Но мненеизвестны предпосылки. Если ответите сейчас, то в будущем оградите себя от неприятных ощущений. — Пыток, что ли? Вот ты и проговорился, хмырь немецкий! Значит, нас все же будут пытать? |