Книга Военный инженер товарища Сталина 3, страница 58 – Анджей Б., Виктор Жуков

В рации возник эффект многократного эха.

— Помогите-е… — кричал кто-то из состава первой группы. — Мои снегоступы… Что с ними?

— А-а-аа… — вторили далекие крики. — Мои ноги! Их… пожирает какая-то… слизь!

Над головой полковника прошелестело дуновение ветра. Что-то неуловимое, почти невидимое, но с явным признаком дымки, стремительно просвистело в воздухе. Запахло озоном.

Озоном? — мелькнула глупая мысль у полковника. — Здесь? В Антарктиде? Озон? Среди льдов?

Вся группа столпилась у рации, жадно внимая каждому крику. Теперь слышались стоны. Голос истошно кричащей Ханны Райч перекрывали сотни звуков. Громыхали разряды электромагнитных возмущений. Носились вихри статики. Слышались стоны взахлеб. Там, у подножия Хребта, что-то творилось. Что-то неведомое, неподвластное разуму.

— А-аа…

— Помогите-ее…

— Меня тянет в колодец!

— О, мам-мочка! Как же больно-о…

Крик следовал за криком. Стоны слились в один сплошной нескончаемый поток.

— Альфре-ед! — кричала пилот. — Свяжитесь с Базой! Нас атакует какой-то защитный экран. О, черт!

Потом совсем лихорадочным криком:

— Черт-черт-черт! Я потеряла троих. Их смыло в колодец! Нас засасывает в воронку! Требуем помощь!

Голос захлебывался в истерике.

Сразу за криком последовал какой-то мощный хлопок. Казалось, с треском лопнула мембрана переговорного устройства.

Через секунду: ВШИ-ИИИХХ! — пронесся сгусток непонятного странного ветра. Не то порыв, не то струя — сбила с ног всю группу профессора. Падая навзничь, цепляясь за выступы снега, Штраус заорал благим матом:

— Что это за такое, профессор?

Тот, шаря рукой по снегу в поисках сорвавшихся очков, близоруко глянул вверх. Над их головами, в сумасшедших порывах вихрей, стала раскручиваться гигантская спираль, заслоняя собой половину полярного неба. Раскидывая рукава в концентрических кольцах, воронка спирали под невероятным давлением стала всасывать все, что находилось в пределах ее досягаемости. Внутрь полетели снежные комья, льдины, торосы. Сорвались со снега, крутясь против часовой стрелки, багажные сани. Приборы, рюкзаки, амуниция, даже посуда из разорванных мешков — все смешалось в сплошном хороводе безумства. Люди орали, стонали, хрипели. Каждого что-то влекло внутрь воронки: что-то неведомое, тут же страшное и непонятное.

— А-аа… — теперь орали и сами геологи первой группы.

— О, Провидение! — вторили им из рации затихающие голоса второй группы.

Вся круговерть смешалась в один нескончаемый поток безутешных стенаний. С высоты на полярников обрушилась масса давления. Воздух сгустился. Вокруг бушевали вихри смерчей. Назревал колоссальной мощности буран, сметающий все на своем пути. Корчась в конвульсиях, хватая ртом морозный поток, люди группы профессора уносились в спираль один за другим. В ее утробном чреве распадались на атомы все живые материи. Под мощный всплеск гравитации попали пингвины, полярные птицы. Мерзлый грунт под ногами сделал трещину, и она, превращаясь в гигантский разлом, обрушилась в недра вечной мерзлоты.

— Господи, что эт-то? — Штраус, раздирая руки до крови, цепляясь за трещину, захлебывался в собственном крике.

Вырванная потоком рация из рук профессора, продолжала кричать голосом летчицы:

— Эта спираль… Она заглатывает моих людей! Просим помощи! Сос! Сос! Альфред? — писк, шелест, грохот разрядов. — О, Альфред! Слышно меня? Сос! — передайте на базу…