Онлайн книга «Военный инженер товарища Сталина 3»
|
Через долю секунды, уже в полной панике: — Нас не хотят пускать в подземелье! Колодцы и шахты озарились зеленым туманом! — Кто не хочет пускать? — дотянувшись до рации, захрипел в порывах ветра глава второй группы. — Не знаю. О, Альфред! Мы вошли в соприкосновение с чужим для нас разумом! Защитное поле истребляет мою команду. Я осталась… осталась одна! — последовал всхлип. Следом раздался щелчок. Сквозь помехи Альфред услышал механический голос, передавший по-немецки совсем уже полный абсурд. Здесь? В Антарктиде? В безмолвных снегах? Перекрывая крик летчицы, автоматический голос, похожий на магнитофонную запись, продиктовал в мембрану: — Нарушен протокол безопасности. Вы вошли в запретную зону. Система охраны ограничивает ваше продвижение вглубь континента. Щелчок перехода на другую волну. — Повторяю: Нарушен протокол безопасности. Вы вошли в запретную зону. В случае неповиновения будут приняты меры. Доступ в закрытую зону запрещен протоколом. Снова щелчок. Буря магнитных возмущений на миг прервалась. Голос летчицы потонул в механическом дикторе: — Повторяю: Нарушен протокол безопасности. Вы вошли в запретную зону. В случае неповиновения будут приняты меры. Доступ в закрытую зону запрещен протоколом. И так несколько раз. Штраус выкатил глаза, величиной с чайные блюдца. Буря утихла так же внезапно, как взорвалась минуту назад. Всего минуту творилось безумие. Но этой минуты хватило, чтобы стереть с лица земли две полярные группы, подошедшие слишком близко к территории, названной Хребтами Безумия. Кем названной? Очевидно, той самой летчицей, что кричала в рацию последние слова по ту сторону подземных колодцев. Возможно, успела прочесть нового для нее автора Говарда Лавкрафта, выпустившего одноименную книгу в 1936 году — за девять лет до сегодняшних событий. Видимо, книга попала ей в руки во время сжигания всей крамольной литературы наплощадях Берлина, когда фюрер только всходил на свой пьедестал. Возможно, сам профессор недавно ознакомился с книгой Лавкрафта — так или иначе, название было дано. И вот теперь, у подножий Хребта, две группы геологов были стерты с лица ледяной Антарктиды. Экспедиция перестала существовать в этом мире, порядком даже не начавшись. В живых уцелели половник Штраус с начальником группы геологов. Остальных унесла в себе спираль силового экрана. — Что… эт-то было? — отплевываясь пеной у рта, жалобно проскулил заместитель Базы-211. Он смотрел на ученого в паническом страхе. Буран только что унесся своими вихрями к подножию снежных торосов. Спираль свернулась узлом, пропала, растворившись вместе с запахом озона. — Не знаю, — почти лишенный чувств, едва вымолвил старший геолог. — Мом очки… — Что, очки? — Где они? Я не вижу… — О, мой бог, Альфред! И вы в такой момент говорите о каких-то очках? — Не могу дотянуться до рации. Где она? — Вот! — разрыв руками скомканный снег, протянул Штраус. — Но она не работает. — Как, не работает? Мы же только что слышали… — ученый запнулся. — Слышали призывы о помощи бедной девочки! Он по-старчески всхлипнул, близоруко осматривая место катастрофы. Торосы и снег возвышались вокруг вывернутыми наружу кучами ледяного хлама. Повсюду царила разруха. Пронесшийся шквал морозного ветра стер с лица земли почти весь участок в радиусе десяти километров. Далекий хребет, казалось, вибрировал в воздухе. Совершенно полная тишина обрушилась на путников, отчего заставляла сердце сжиматься от чего-то неведомого. |