Книга Последний герой СССР, страница 80 – Петр Алмазный, Юрий Шиляев

Мост снова работал, что называется, «в одну сторону» в челночном режиме. Мужики в оранжевых жилетах латали асфальт. Не к месту вспомнился один из фильмов цикла «Пункт назначения». Я усмехнулся — не накаркать бы. Ладно, сейчас задача до темноты добраться до Маймы.

Но есть поговорка: хочешь насмешить Бога, расскажи ему о своих планах. Последнее время я ее часто вспоминаю. Началось с того, что Петр вдруг воскликнул:

— А я мужика знаю! Меня с ним Вовчик познакомил. Так вот, он кришнаит, и представляете, назвал своего сына Баларама!

— А как фамилия у твоего знакомого? — поинтересовался я.

— У Ивана? Обычная — Попов, — ответил ботаник.

— Попов Баларама Иванович. С головой папаша не дружит, не подумал, что ждет ребенка в школе? — впервые за всю поездку подал голос Олег.

— О, Кршна — это есть супер! — тут же включился в беседу американец. — Кршнайт говорить, господ наш Баларама старший брат, господ наш Кршна. Их вера суть есть древний, что есть в мире.

— Ну я бы не сказал так, — возразил ботаник.

Они заговорили об оккультной философии, сначала спокойно, потом заспорили, и скоро уже откровенно орали. Мы с Олегом переглянулись и без слов поняли друг друга.

Как в калейдоскопе мелькали турбазы, деревни, сельскохозяйственные постройки. Сливаясь лентой, проносились встречные машины. Несколько раз съезжал на проселочные дороги, объезжал особо разбитые участки Чуйского тракта. Возможно, к ночи мы бы добрались до Маймы, но Арни то и дело просил остановиться. То ему отлить приспичило, то живот скрутило. То он поесть захотел и полез в багажник, в свой рюкзак. Вытащилиз него большой пакет со сникерсами и бутылку «Пепси». Пока он копался в рюкзаке, я не сводил с него глаз Хоть и положил кейс с телефоном подальше, но американцу не доверял, от слова «совсем» и подсознательно ждал от него любых «сюрпризов».

Ботаник, этот вечно жующий тип, даже не глянул в сторону импортных шоколадок. Грыз всю дорогу яблоки, целый пакет которых перед отъездом ему всучила Настя. Из института Лисовенко «Р. И. П.» снабжали фруктами, хранилище, как я помню, в институте было мощным, оборудованным по последнему слову техники.

Наконец, под вечер, проехали стелу с надписью «Добро пожаловать в Горный Алтай!»

— Долина свободы, — тихо произнес Олег. — В Майме заночуем или меняемся и едем дальше?

— Лучше заночевать в Майме, — предложил я. — Перекусить надо и переговорить — с глазу на глаз. И потом, Чуйский тракт — не столичная магистраль, я бы не стал рисковать с ночной поездкой.

— Я есть ночь спать, — заявил Арни и нарочито громко зевнул. — Надо остановлять мотель!

— Два мотеля, — проворчал Олег. — Ты представляешь этого негра в палатке? Он в спальник не влезет.

— Он и в палатку не влезет. Кстати, об этом и хотел поговорить, — тихо ответил я.

Съехал на обочину, вышел из машины, размялся. Петр кинулся куда-то в кусты.

— Петя, ты там в темноте не потеряйся, хоть фонарь возьми, — крикнул вслед.

— Я тут рядом и быстро, — ответил откуда-то справа ботаник.

Американец спрыгнул на землю, и тоже побежал в темноту. «Шшит!» — донеслось из кустов.

— Что будем делать с этим негром? — Олег подошел ко мне, встал рядом.

— Он этнический русский, — напомнил я.

— Да насрать, — лениво ответил монах. — Тащить с собой этого америкоса откровенная глупость. Это сразу можно поставить на всей дороге крест. — Он немного помолчал и добавил: