Книга Шурик 1970. Том 2, страница 72 – Петр Алмазный, Юрий Манов

— Бегом! — дыхнуло мне в ухо.

Я спорить не стал, низко согнулся, прошмыгнул в дверь и оказался в узком коридоре.

— Стража! Кхе, кхе. Стража! Ко мне! Кхе, кхе, — раздалось у меня за спиной, это опомнившийся государь звал охрану и кашлял от дыма. А громкий топот подтвердил, что глас его был услышан. Тут же спасительная дверь захлопнулась, громко звякнул запор. Почти сразу же в дверь сильно ударили.

— Бегом, — снова поторопил меня незнакомый голос, а та самая сильная рука подтолкнула в спину. И я побежал. Побежал по узкому коридору. Коридор скоро уперся в дверь, она была не заперта.

— Налево и вниз, — продолжал направлять меня неизвестный спаситель.

За дверью оказалась пустая комната с несколькими выходами. Я послушно свернул в левый, там была каменная лестница, которая вела вниз. Я засеменил по неудобным ступенькам подошвами белых курортных туфель. Бежаля, как мне показалось, долго. По каким-то коридорам, переходам и лестницам. Снова уперся в дверь. Голос сзади вдруг приказал остановиться. Я повернул голову и, наконец, рассмотрел своего провожатого. Татарин весьма зловещего вида в плаще, в лохматой шапке и с саблей на широком поясе. В руках — странный предмет. Овчинная шкура с приделанной к ней медной трубой, как на старинных патефонах. Он, не выпуская предмета из рук, быстро скинул с плеч свой плащ и сунул его мне в руки.

— Надевай быстрее.

Я надел. Татарин сам прикрыл мне голову накидкой и приказал:

— Сейчас во двор выйдем. Пойдешь за мной. Шаг в шаг. Голову склони и по сторонам не зыркай. И очки сними. Не дай бог в очках увидят. Идешь за мной, понял? Кто окликнет, не отзывайся, просто идешь за мной. Эх, обувка слишком заметная. Сымай давай, в руках под плащом понесешь.

— Как, босиком? — спросил я.

— Так! Ничего, не растаешь, — ответил татарин, дождался, пока я спрячу туфли под плащом, и толкнул дверь.

Ого! На дворе-то, оказывается, день. А в палатах-то совсем сумрачно было, я уж думал — вечер поздний. Это был двор, видимо, у царского терема. Сейчас двор был похож на растревоженный муравейник. Все куда-то бежали, чего-то орали. Видимо, царь реально объявил тревогу. И теперь все бегают, ищут демона. Но рассмотреть все подробно мне не удалось. Я встретился глазами с одним из бежавших стрельцов, тут же низко наклонил голову и старательно выполнял все инструкции провожатого, то есть, быстро шел по ним. По дороге через двор наступил сначала в лужу, потом на конское яблоко. Ничего, терпимо. Никто нас не окликнул, никто, к счастью, не остановил. Татарин быстро дошел до ворот какого-то громоздкого амбара, пристроенного к каменной стене, стукнул в створку кулаком и что-то гортанно крикнул. Створка немедленно приоткрылась, татарин зашел внутрь, я немедленно шмыгнул за ним. В нос резко ударило звериным запахом. Где-то рядом раздался звериный рык. Это что, зоопарк?

Бородатый мужик, впустивший нас, поклонился татарину чуть ли не до земли, видимо, татарин — его начальство.

— Иди, дом вада калодец принэси, многа вада дома нада, — зачем-то коверкая слова произнес татарин, хотя только что по-русски говорил совершенно чисто.

Мужик снова поклонился, немедленно подхватил деревянноеведро и вышел за ворота. Татарин створку захлопнул и немедленно звякнул затвором.

— Уффф, успели вроде. Еще бы немного и того… — выдохнул татарин, бросил свой шкурный инструмент на кипу сена, снял шапку, обнажив гладко выбритый череп, и вдруг мне подмигнул. — Вам привет от Николая Павловича.