Книга Измена. Счастье вопреки, страница 31 – Катя Лебедева

А тут ужин с ними, еще и я буду готовить, чтобы эта женщина высмеяла всю мою готовку, прошлась по мне танком? Да их даже Максим не любит, и причем по своей воле. Почему я должна терпеть, почему сын должен терпеть все это? Он смешон, смешон сейчас в этой просьбе.

— Да они же нас ненавидят, а ты хочешь привести их в дом? Вить, Витя, это невозможно. Невозможно! Я не буду для них готовить, не буду. Ты понимаешь, это?

Меня рвет на части, я практически кричу. Понимаю, что похожа на истеричку, на сварливуюбабу, но не могу иначе. Да, может быть, если бы не было никакой измены, может быть.

— Я вообще этих людей видеть не хочу, они в последний раз так по нам прошлись, что я потом неделю успокоиться не могла, и это хорошо еще, что они Максима не тронули, а только меня. Сейчас это ни ко времени, и ни к месту.

Если бы у нас были хорошие отношения сейчас между собой. Я бы спокойно ему все это объяснила, постаралась уговорить, но сейчас не могу. Сейчас я единственное, что могу в сложившейся ситуации — это выставлять ультиматумы. Вот только боюсь, его выбор все равно будет не в нашу с Максимом пользу.

— Ты с Максимом в ссоре. Ты хоть понимаешь, что это будет? Я этого не хочу, не хочу и принимать в этом участие, не буду.

— Я все это прекрасно понимаю, Ань. Мне самому это не нравится, но нам придется с ними встретиться и поговорить. Отец говорит, у него какой-то очень важный разговор, и они хотят видеть всех нас, — продолжая стирать пот с тела, говорит муж.

Смотрю на него и не могу поверить, что он все это говорит. Хватаюсь за голову и хожу из стороны в сторону, пытаюсь собраться с мыслями, чтобы не послать его всеми известными нецензурными выражениями в определенное турне с явным уклоном.

— Пойми, они приехали, сами приехали. Возможно, они передумали, возможно, хотят извиниться, но, судя по тону отца, это действительно что-то важное.

— Вить, ну это смешно. Можно заказать ресторан, посидеть там, чтобы это была нейтральная территория, чтобы все чувствовали себя комфортно, и, если что-то пойдет не так, мы могли разойтись. Я не знаю, что там за серьезный разговор у твоего отца не знаю.

Запинаюсь, потому что сложно подбирать слова в этой ситуации, чтобы никого не обидеть, ведь они в любом случае его родители, но он может как помириться, так и послать нас к черту.

— Пойми, я не верю в благие цели твоих родителей. Я знаю, что ты в это не веришь, но я не понимаю, зачем ты сейчас так поступаешь? Чего ты хочешь этим добиться? Кому ты что этим хочешь доказать? Я тебе говорю, сейчас первый и последний раз, я не буду ничего готовить.

Успокаиваюсь, встаю напротив него и смотрю прямо в глаза. Кажется, ему даже доставляет какое-то дикое, непередаваемое удовольствие то, что я сейчас злая, и вот так ругаюсь на него. Я словно поставила какую-то галочку в его списке.

— Тем более у меня послезавтра лекции, я буду уставшая, и не буду готовить целый стол для того, чтобы его разнесли. Поэтому только ресторан, ресторан и никак иначе, раз уж ты хочешь с ними встретиться. А вообще, в идеале, сходи на встречу один.

— Ты и ужин приготовишь, и на работу не пойдешь. Отменишь на один день своей лекции, ничего страшного со студентами не случится. Это наш семейный ужин, и ты будешь на нем улыбаться точно так же, как и Максим. Мы не знаем, зачем они едут, поэтому мы должны их встретить. Хорошо, боишься, что разговор зайдет не туда и не сможешь уйти, не волнуйся.