Книга Развод и запах свежего хлеба, страница 51 – Юлия Ильская

– В шесть утра так в шесть утра! Договорились! – дерзко заявляю я.

– Окей, – кивает он, явно довольный собой. – Проверим, насколько ты смелая.

Я усмехаюсь в ответ и вдруг замечаю, как внимательно он смотрит на меня поверх кружки, не отрывая своих невероятных глаз, наполненных теплом и каким-то тайным обещанием. От этого взгляда в груди снова всёсжимается, и дышать становится сложнее.

– Слушай, Глеб, ты всегда вот так смотришь? – не выдерживаю я, сама удивляясь своей наглости.

– А как я смотрю? – чуть приподнимает бровь он.

– Ну… Не знаю… – бормочу я, чувствуя себя совсем уж глупо. – Так, что хочется либо всё рассказать, либо… сбежать.

– А ты не сбегай, – тихо произносит он, и голос становится низким и таким… сексуальным. – Мне нравится, когда ты рядом.

Сердце в груди вздрагивает так сильно, что кажется, он услышит. И вот я снова краснею, как школьница.

– Ну вот, опять ты меня смущаешь! – смеюсь я, стараясь скрыть растерянность.

– Я не нарочно, – улыбается он и чуть медлит, прежде чем добавить совсем тихо: – Но мне правда приятно.

И вдруг мне совершенно отчётливо становится ясно, что это чувство взаимно. И от этой мысли становится одновременно и радостно, и страшно. Потому что меньше всего сейчас я готова влюбиться. Особенно в загадочного деревенского пекаря с глазами цвета янтаря.

Я поплотнее запахиваю кофту, поеживаюсь и ускоряю шаг по деревенской улице. В голове крутится одна мысль: «Ну кто меня тянул за язык соглашаться на это издевательство? В такую-то рань!»

Но отступать поздно, иначе Глеб точно не упустит случая подколоть. А такого удовольствия я ему не доставлю.

Подхожу к пекарне и нерешительно стучу в дверь. Стою, переминаюсь с ноги на ногу, и стараюсь не стучать зубами.

Дверь тут же распахивается, и на пороге появляется Глеб – свежий, спокойный и совершенно довольный.

– Всё-таки пришла, – чуть насмешливо улыбается он, пропуская меня внутрь. – Думал, проспишь.

– Вот ещё! – фыркаю я, заходя вслед за ним и невольно замирая на пороге.

Запах! Боже мой, какой здесь запах! Меня словно мгновенно окутывает волшебное облако ароматов, смешанных так умело и тонко, что кружится голова: свежеиспеченный хлеб, сладкая ваниль, чуть терпкий шоколад и что-то ещё неуловимое, домашнее и уютное, мгновенно заставляющее почувствовать себя маленькой девочкой, забежавшей на мамину кухню.

– Ну, добро пожаловать в моё царство, – усмехается Глеб, и глаза его тёплые и такие живые, что в груди становится жарко. Он легко касается моей руки и проводит внутрь.

– Вот, надень фартук и помой руки, – командует он.

Я послушно натягиваю идеально чистый фартук, мою руки, ступаю в пекарский цех и замираю, пытаясь охватить взглядом всё сразу. Длинные деревянные столы, присыпанные мукой, на полках аккуратно стоят корзины и подносы, на которых ровными рядами разложена уже готовая выпечка.

– Здесь всё начинается, – негромко говорит он, подходя к столу и бережно беря в руки мягкий, послушный кусок теста. – Смотри внимательно.

Он начинает легко и уверенно замешивать тесто, и я зачарованно слежу за его движениями: уверенными, сильными, точными. Вокруг его пальцев кружатся облачка муки, а тесто словно живёт в его руках, обретая новую форму и текстуру.

– Ты смотришь, как будто волшебство показываю, – замечает он с лукавой улыбкой, не отрываясь от работы.