Книга Развод. Все закончилось в 45, страница 72 – Ники Сью

– Ты думаешь, я… выиграю?

Глеб хищно улыбнулся, затем вдруг приблизился ко мне, положил руки на мои бедра и резво дернул на себя. Я уперлась ладонями в его грудь, и отчего-то смутилась такого прямого, жадного взгляда, направленного на меня.

– Иногда не обязательно выигрывать, дорогая, – ухмыльнувшись, он наклонился к моим губам, заставив сердце волнительно сжаться. – Порой даже сама играть приносит непередаваемое удовольствие.

– А какие игры тебе нравятся? – я ответила ему не как та Ксения, которая столько лет просидела затворником дома. А как молодая, задорная дама. Совсем как в дни юности, когда впервые идешь на свидание и не знаешь еще, чего ожидать от парня, что тянется взять тебя за руку.

– Чуть позже покажу, – и больше ничего он не сказал. Лишь впился в мои губы своими, а я ине смогла сопротивляться его объятиям и нежным поцелуям. Между нами что-то зарождалось, что-то такое, отчего в моей душе одновременно поселился страх и желание никогда не останавливаться.

Глеб был пропастью, в которую теперь уж точно, я захотела нырнуть. Его тьма окончательно меня захватила.

Дыхание рваное, пульс частил, возбуждение давно отдало, упираясь в ширинку брюк. Черт знает, что творилось со мной рядом с этой женщиной. И поцелуи выходили какие-то дикие, пламенные, обжигающе горячие. И мало их, до одури. Казалось, что даже после секса, мне захочется еще. Как в юности. Настолько штормило, аж искры из глаз.

И вот уже моя рука зарывается в волосах Ксюши, наматывая их на кулак, и откидывая ее голову назад. А она и не против, лишь тихонько постанывает, губы закусывает от нескрываемого удовольствия. Такая сладкая, что я не выдерживаю, впиваюсь зубами в нежную кожу ее шеи. Вожу языком, слегка посасывая, стараясь не оставлять следов. Все-таки не дети мы. И так хорошо от этого, от осознания, что эта женщина почти моя. Что годы ожидания не прошли даром.

Да, ревную. Как болван ревную. Как мальчишка какой-то. Но это даже где-то подстегивает. Со мной давно такого не было. Словно вместо вен провода, которые шалят током. Мне кажется, я уже был в шаге пойти и всадить Феде, сказать, чтобы навсегда он и его семейка забыли номер Ксюши. Потом выдохнул и прикатил сюда. К ней. И вот сорвался. Расплавился. Опьянел от близости, от жажды целовать, пока не задохнемся.

– Глеб, – шепчет она мое имя, и звучит оно так по-особенному, что меня накрывает новой волной возбуждения. Похоть зашкаливает, охота сорвать к дьяволу ненужную одежду, усадить Ксюшу на стол, раздвинуть ее ноги и всадить по самое “не хочу”. Но сдерживаюсь… Пока сдерживаюсь.

– Глеб, погоди, – она ерзает в моих объятиях, а я лишь сильнее впиваюсь пальцами в ее ягодицы. Упругие. Женственные. Обтянутые дурацкими шмотками.

– Да я и не спешу, – с неохотой отрываюсь от Ксюши. Смотрю в ее глаза, на то, как грудь ее часто вздымается. Мило. Черт возьми, это выглядит слишком мило. Ксения отводит смущенный взгляд в сторону, облизывает опухшие от поцелуев губы, и снова впивается в меня своими ангельскими глазами.

– Мне кажется, мы немного торопимся, – сглотнув, говорит Ксюша. А затем отходит к столу, и начинает убирать посуду в раковину. Я же в свою очередь обвожу взглядом ее тонкую фигурку, плечи, талию, бедра. Аппетитно. В целом, в ней все меня устраивает. Даже вот эта ее робость, желание подождать. Что-то в этом есть, такое – заводящее.