Книга Поцелуй под снегом, страница 6 – Ники Сью

Однако уже этим вечером я поняла, что безумно ошибалась…

После уроков я обычно уходила сразу, потому что в четыре часа у меня был репетитор по английскому. А потом нужно было приготовить ужин и снова вернуться к домашке, чтобы не сидеть с тестами до глубокой ночи. Увы, ночью мне больше нравилось спать, смотреть сериалы или читать книги, а не зависать над учебниками. Да, да, я вполне обычный подросток, не повернутая на учебе старшеклассница.

Сложив вещи в рюкзак, я спустилась в гардеробную. Наши что-то яростно обсуждали, но я не вникала. После их выходки хотелось вообще отключить слух. До сих пор не могла поверить, что мои одноклассники, вполне уже взрослые ребята, мыслили как идиоты.

Утешало только то, что слухи – феномен краткосрочный. Как только Измайлов вернется, уверена, он и не поздоровается со мной и этим прервет глупые разговоры.

Накинув пуховик и натянув шапку, я вышла на школьный двор. Небо затянуло тучами. Тропинку засыпал густой воздушный снег. Двор походил на белое поле, куда хотелось плюхнуться и сделать снежного ангела.

За спиной послышались голоса одноклассников, и, чтобы не реагировать лишний раз на всякую ерунду, я вставила наушники. В плейлисте играла новинка XOLIDAYBOY – «Love Again». Я обожала этого певца и мечтала однажды сходить к нему на концерт.

На выходе со школьного двора меня толкнули в спину. Случайно или специально, не знаю. Я вообще не сразу поняла, что произошло. Тем более моих одноклассниц постигла похожая участь. Где-то рядом раздался протяжный вопль, по-моему, это Цветкова пищала. Мальчишки решили устроить атаку снежками, но кому-то, как мне, не повезло больше. Меня повалили в сугроб и начали закидывать снегом.

Его запихивали мне под куртку, за шиворот, швыряли в лицо. Я дергалась, ерзала, требовала остановиться. Но ужас от осознания всей ситуации пришел позже, когда я поняла, что не могу подняться. И дело было не в снеге, а в том, что на меня сверху уселся кто-то.

– Отвали, придурок! – прорычала я, собрав горсть снега и кинув в глаза своему обидчику.

– Дура! – прошипел… кажется, это был Сорокин. Вот же гад!

– Слезай с меня, слышишь?!

– Слезу, а ты взамен научишь меня тому, что творила с этим… – Он нецензурно выругался, но я сразу поняла, что речь про Измайлова. Не знаю, то ли Сорокин просто его не любил, то ли из-за меня взъелся.

Я наконец-то открыла глаза и смогла худо-бедно рассмотреть картину происходящего. Как раз в тот момент, когда Сорокин нагло наклонился ко мне и потянулся своими губами к моим, кто-то засвистел, захлопал в ладоши. Они улюлюкали так, словно происходило событие года. В то время как мне хотелось разреветься.

Нет! Я не могла позволить Сорокину себя поцеловать! Только не ему!

Разозлившись, я кое-как вывернулась и ударила озабоченного дурака между ног. Он с воем упал на снег, а я подскочила и побежала. Быстро. Не оглядываясь. Стараясь не разреветься.

Антон своим поведением меня унизил, сперва в спортзале, теперь на улице. И главное, за что? Если это ревность, то в голове у Сорокина пустой почтовый ящик. Потому что ни одна девчонка после такого не захочет общаться с парнем.

Придурок! Какой же придурок!

Оказавшись дома, я все же дала волю слезам. Утешала себя, что это минутная слабость и она всем позволена. Я немного поплачу, мне станет легче, и жизнь наладится.