Книга Укради мой поцелуй, страница 25 – Инна Стоун

Он повернулся и ушёл, на этот раз не оглядываясь, оставив меня одну с эти

м признанием, которое перевернуло всё внутри меня.

Я вернулась домой под утро, с головой, идущей кругом от противоречивых чувств. Я лёгшая в постель, но сон не шёл.

Я думала о Сергее. Его идеальная улыбка, его безупречные манеры, его холодные стальные глаза. Он был воплощением всего, о чём я могла мечтать. Сила, власть, статус. Рядом с ним я чувствовала себя королевой. Но теперь за этим фасадом я видела трусость, ложь и, возможно, соучастие в убийстве. Могло ли моё сердце дрогнуть от такого человека? Нет. Только разум мог ещё что-то хотеть от него — власти, безопасности. Но не сердце.

А потом я думала о Марке. Грубом, опасном, сломанном. Воре, который мечтал строить красивые дома. Враге, который рассказал мне свою самую большую боль. Рядом с ним я чувствовала страх, незащищенность, но и странное, щемящее чувство близости. Мы были из разных миров, но нас связала общая тайна, общая опасность.И в его глазах я видела не расчёт, а настоящие, неподдельные эмоции. И его слова о том поцелуе… они жгли мне губы сильнее, чем его прикосновение тогда.

Я ненавидела его за то, что он сделал с моей жизнью. Но я не могла перестать думать о нём.

Я взяла телефон. Сергей прислал сообщение: «Сегодня было прекрасно. Жду нашей следующей встречи. С.»

Я не ответила. Вместо этого я открыла чат с Марком. Я не писала ничего. Просто смотрела на пустой экран, представляя его где-то там, в ночи, одного со своей болью и своей местью.

И я поняла, что стою на краю пропасти. С одной стороны — блестящее, безопасное, лживое будущее с Сергеем. С другой — тёмное, опасное, но настоящее с Марком.

И я не знала, что выберу. Но я знала, что мой выбор определит всё.

Неделя после того разговора на заброшенной автомойке пролетела в каком-то сюрреалистичном тумане. Я жила на разломе двух реальностей. В одной — я была всё той же Лерой Соколовой, наследницей империи, которая с блеском продолжала свою охоту за Сергеем Морозовым.

Мы виделись ещё дважды. Обед в модном итальянском ресторане, где он с лёгкостью обсуждал последние тенденции в современном искусстве, и посещение закрытой выставки, где он представил меня своим знакомым как «очаровательную Валерию, дочь моего хорошего друга». Каждое его прикосновение к моей руке, каждый взгляд были безупречны, выверены, как ходы в шахматной партии. Но теперь я видела за этим холодный расчёт. Он вёл себя как человек, который хочет что-то проверить, что-то понять. Возможно, он чувствовал моё смятение после ужина, когда я заговорила об Орлове. Возможно, его люди уже доложили, что я встречалась с кем-то на окраине. Он был опасен, как отполированная до блеска бритва.

Вторая реальность была цифровой и тёмной. Толик, загоревшись детективным азартом, копал всё глубже. Мы нашли ту самую уборщицу, Антонину Семёновну. Она уже давно не работала в суде, жила в ветхом доме на самой окраине города. Я отправила к ней Марка — он умел находить подход к людям, его история вызывала доверие. Пока я блистала в обществе, он сидел в душной комнатке, пил чай с дешёвым печеньем и слушал старую женщину, которая боялась собственной тени.

И вот сегодня вечером должно было состояться наше третье свидание с Сергеем. Ужин в его частном пентхаусе с панорамным видом на весь город. Приглашение звучало как нечто сокровенное, интимное.