Книга Ни кола ни двора, страница 140 – Дария Беляева

Вот это показалось мне действительно страшным, ощущение, что какое-то другое существо может занять тело того, кого ты так любил, кто был тебе так хорошо знаком.

Он говорил голосом Толика, по-толиковски раздраженно вскидывал голову, походка была самая что ни на есть его.

Просто он был не совсем Толиком.

— Друг у меня один, — сказал мне этот человек. — Ну, как друг. Знакомый, скорее, такой, дальний, наверное. Не друг, нет. Васька Автоматчик звали. Такой человек сердечный, просто закачаешься. Очень всегда с ним приятно было. Сколько народу при этом положил — тьма тьмущая. Вот так вот бывает.

— Толя, тебе больно, ты теряешь кровь, нам надо взять машину!

Но мы уходили все дальше и, главное, совершенно непонятно было, куда. Я корила себя за слабость, стоило настоять на своем, отвести его прямо к машине, но я лишь покорно плелась за ним.

— А вот знаешь, как говорят? Не взваливай на себя непосильную ношу, ибо она свалит тебя и сама упадет на землю. Кто? Кто это сказал там? Не помню, я где-то точно такое читал. Может, просто в интернете? Не знаю. Ты думаешь это о чем? Что тебя ноша свалит — это понятно. А что на землю она упадет — твоя ноша другим еще навредит. Да?Да, навредит.

Говорил он быстро и полубезумно, я никогда его таким не видела, хотя Толик психическим равновесием не отличался с самого начала, судя по всему, с раннего детства.

Я не понимала, куда мы идем, мы петляли во дворах, меняли направление, а пятно на кармане Толика только росло.

— Что это было? — спросила я. — Я просто не могу понять, что произошло.

Вдруг Толик развернулся ко мне.

— А ты хоть знаешь, за что я сидел?

Я опешила. Вопрос был с подвохом, я ведь так и не спросила.

— За рэкет?

Толик засмеялся, дернул меня за руку, и мы пошли дальше. Я старалась держаться позади него, очень не хотелось встретиться с ним сейчас взглядом.

— Ну, не за все, чем я занимался, меня посадили, а то так и чалился бы до морковкина заговенья. Не-не-не. Не угадала.

— За убийство? — спросила я. Он громко засмеялся, спугнув тройку ворон, рванувшихся в разные стороны.

— Ну не. Хотя было б логично. Есть на моем счету. Еще варианты?

Двор, в который мы нырнули, оказался закрытым — сплошные слепые окна, желтая вывеска — "ключи" и синяя — "экспресс-печать", в остальном — никаких цветов кроме серого, белого и черного вплоть до самого неба.

— Мы потерялись, Толя, — сказала я. — Надо возвращаться.

Пространство было какое-то ловушечно-колодезное, жутковатое, мне хотелось побыстрее убраться отсюда. На стене напротив красной краской было написано "Тамара", кто-то втиснул третьей букву "ш". Получилось "Ташмара". Смешно.

Белый когда-то снежок был утоптан до серой корки.

Всюду валялись окурки, некоторые были испачканы в помаде. Наверное, по вечерам здесь зависали подростки. Сидели, к примеру, на этой проржавевшей пожарной лестнице, и она под ними наверняка покачивалась.

На ступеньках, во всяком случае, стояли жестяные банки из-под алкогольных коктейлей, цветастые и блестящие.

Толик развернулся ко мне, глаза у него так странно сверкали.

— Да за торговлю людьми я сидел!

— Что?

Развязка оказалась неожиданной. Вот этого я представить точно не могла. Я примерно понимала, чем занимался Толик. Он был рэкетиром, брал с людей деньги за защиту от себя самого и от других таких, как он. Иногда, наверное, Толик убивал людей. Может быть, чаще, чем я представляла.