Книга 90-е: Шоу должно продолжаться 8, страница 73 – Саша Фишер

— Получается, что так, — хмыкнул я.

Супруга ангела-Семена оказалась миниатюрной дамочкой с пышной химической завивкой и пронзительным высоким голосом, иногда переходящим в ультразвук. Во всех остальных отношениях она оказалась очень милой, улыбчивой и доброжелательной.

Домашнее застолье неспешно набирало обороты. Мои родственники и гости перебрасывались дежурными шуточками, вспоминали прошлое, смеялись, наливали и закусывали. В ходе беседы выяснилось, что Семен Палыч — это не просто какой-то там Семен-разнорабочий, каковым он выглядел. Так-то он заместитель директора «Кинева-спирта» и, по совместительству, ведущий эксперт-химик. И, как несложно было понять, человек ну очень обеспеченный. Чего совершенно не скажешь по его виду. Одевался он, мягко говоря, непрезентабельно. Курил исключительно беломор. И водил уазик. Вот только с момента падения железного занавеса он с супругой уже успели побывать аж в трех заграничных поездках. И квартира у него была в том же самом «сливочнике», что и у родителей Макса. Занимательная личность.

Обсуждали, конечно же, и новообразованный бизнес с этой их жидкостью для химической завивки. Все трое, и мой отец, и Грохотов, и Семен, были полны энтузиазма и настроены на по меньшей мере захват всего мира, а в перспективе — еще и части солнечной системы. Потому что, мол, их этот состав в разы превосходит пресловутый «Локон», Семен долго объяснял про стойкость завитка и что под воздействием его химии волосы не сжигаются, а наоборот — становятся крепче.

— Ты понимаешь, мы эксперимент даже проводили, — рассказывал он. — Сначала взяли обычный волос и повесили на него грузик. Так вот, просто волос выдержал гирьку в восемьдесят грамм. А потом, понимаешь, мы сделали завивку, взяли волос с той же головы и… Как ты думаешь, сколько он выдержал?

— Даже не представляю, — усмехнулся я. — Сколько?

— Сто тридцать!— с гордостью заявил Семен. — Ты представляешь, насколько прочность волоса выросла? Представляешь же?

— Больше, чем в полтора раза! — раздулся от гордости Грохотов. — Почти в два!

— Можно подумать, мне надо на волосах гантели носить! — засмеялась мама. — Мне нужно, чтобы красиво было!

— Так и красиво тоже! — горячо заверил. — Кучерявость повышенная, как по заказу!

Поговорить с ним с глазу на глаз мне удалось только когда мама подала на стол горячее — неизменное и традиционное мясо по-французски. Картошка с мясом, луком и майонезом, под толстым слоем сыра.

— Семен, у меня, кстати, есть вопрос, — сказал я, когда мы с ним оказались вдвоем на кухне.

— Да, что такое? — оживился Семен. — Хочешь тоже завивку сделать? У тебя шевелюра вон какая богатая…

— Нет-нет, я по другому вопросу, — засмеялся я. — Насчет кассеты.

— Какой кассеты? — не понял Семен.

— Той кассеты, которую я вам записал в тот раз, — объяснил я. — Песня вам понравилась, помните?

— А, да-да! Помню, конечно! — Семен похлопал меня по плечу. — Отличная песня, я до дыр ее заслушал уже. Ритка моя даже ворчать начала, хотя ей тоже понравилось. Она даже, ты понимаешь, сюрприз мне решила устроить. У меня день рождения недавно был, а она на радио работает. Ну и подгадала так, что концерт по заявкам аккурат во время празднования играл. И, значит, устроила так, будто кто-то позвонил и попросил для меня, Семена Палыча, значит, поставить песню. Как вы, молодежь, в таких случаях говорите? Отпад?