Книга Протокол «Вторжение», страница 22 – Виктор Корд

Это была не бомба.

Это был маяк. Квантовый ретранслятор.

— Она не хотела нас взорвать, — я повертел устройство в руках. — Она хотела нас пометить. Чтобы навести ракету или телепорт-группу захвата, когда мы выйдем на поверхность.

Я посмотрел на ошейник.

[Анализ устройства: Рабский ошейник «Поводок-4».]

[Функции: Шокер, Трекер, Ликвидатор (впрыск нейротоксина).]

[Владелец ключа: Клан Юсуповых. Служба Безопасности.]

— Тебя заставили, — констатировал я. — Если ты не поставишь маяк, они активируют ошейник. Верно?

Она молчала, закусив губу до крови. По щеке катилась грязная слеза.

— Как тебя зовут?

— Рысь, — буркнула она. — Для своих.

— Слушай меня, Рысь. Твои хозяева тебя кинули. Этот маяк… — я сжал устройство кибер-рукой (перчаткой экзоскелета). — Он активируется при контакте с металлом. Но он двусторонний. Как только он заработает, сюда прилетит «посылка» калибра 152 миллиметра. Ты бы сдохла вместе с нами. Им не нужны свидетели.

Ее глаза расширились.

— Врешь… Они обещали свободу… Снять ошейник…

— Богатые люди редко держат слово, данное крысам из туннелей. Я знаю, я сам был такой крысой.

Я бросил маяк на пол и раздавил его тяжелым ботинком. Хруст пластика и микросхем прозвучал как выстрел.

Ошейник на её шее тревожно запищал.

— Сигнал потерян! — взвизгнула она. — Сейчас сработает ликвидация! У меня десять секунд!

— Инга! — крикнул я в микрофон. — Глушилку на локальный периметр! Частота 800 мегагерц! Быстро!

— Есть!

Через секунду писк ошейника прекратился. Связь с сервером Юсуповых была обрезана нашим куполом РЭБ.

— Ты жива, — сказал я, отпуская её руку. — Пока мы здесь. Но как только ты выйдешь за ворота — ты труп.

— И что мне делать? — она сползла по стене «Серпа».

— У тебя есть выбор. Мы уезжаем. Прямо сейчас. Ты можешь остаться здесь, в пустом депо, и ждать, пока у ошейника сядет батарейка (спойлер: она атомная, не сядет). Или ты едешь с нами.

— Куда?

— Туда, где Юсуповы тебя не достанут. На Урал. Мне нужен проводник по старым веткам Метро-2. Ты ведь местная, Рысь? Ты знаешь обходные пути, которых нет на картах ФСБ?

Она посмотрела на меня, потом на Клина, потом на огромный черный локомотив, исходящий паром и жаром.

— Знаю. Есть ветка «Д-9». Её затопило в 90-х, но там можно проехать, если у вас герметичный корпус.

— У нас герметичный корпус и ядерный реактор. Добро пожаловать на борт, Рысь. Инга снимет с тебя эту дрянь, как только мы отъедем на безопасное расстояние.

— По местам! — скомандовал я. — Старт через две минуты! Нас раскрыли. Юсуповы знают, что маяк уничтожен. Скоро здесь будет спецназ.

Мы запрыгнули в локомотив. Рысь, все еще не верящая в свое спасение, жалась в углу рубки, глядя на приборы огромными глазами.

Я занял кресло пилота.

Панель управления ожила.

[Реактор: 100 %.]

[Давление в котлах: Норма.]

[Системы защиты: Активны.]

[Курс: Восток.]

— Клин, турели в режим автономии! Инга, следи за давлением! Катя, прокладывай маршрут через «Д-9»!

— Есть маршрут! — отозвалась Волонская из своего навигационного отсека. — Но там узко, Максим. Придется толкаться локтями.

— Для этого у нас есть таран.

Я положил руку на рычаг.

Длинный, низкий гудок «Левиафана» сотряс подземелье, словно рев пробудившегося дракона.

— Поехали.

Я сдвинул рычаг вперед.

Тысячи тонн стали дрогнули. Колеса провернулись, высекая снопы искр из рельсов.