Онлайн книга «Последний танец»
|
– Ну, в какой-нибудь параллельной вселенной… ты! – Миллер продолжил расхаживать туда-сюда, обдумывая услышанное. – Но, думаю, это нам не подойдет. Подливка сейчас наверняка смотрит десятый сон про винтажные машины – или тусит с каким-нибудь металлистом. Остается… – Она сейчас наверняка не спит, – сказала Алекс. Миллер прекрасно понял, о ком она. – Думаешь? – Только учти, я не ручаюсь за то, в каком она сейчас состоянии. Миллер схватил мобильник и набрал номер. Когда на звонок наконец ответили, из трубки сначала донеслись только шум дыхания и какой-то шорох, потом – что-то среднее между ворчанием и рычанием. – Здорово, Финн… – Господи Иисусе, Миллер! Возможно, Финн и поприветствовала его не так жизнерадостно, как обычно, – но это было вполне объяснимо, учитывая, что время было позднее. Миллер знал, что бездомные торчки, как правило, живут по очень… своеобразному распорядку, но тем не менее. А еще он знал, что ей очень легко поднять настроение. – Послушай, Финн… Ты не занята? – И тут же, не дав ей сказать, какой это охрененно глупый вопрос, продолжил. – Мне нужна твоя помощь, я заплачу тебе двадцать фунтов. – Он замолчал, ожидая ответа, и посмотрел на Алекс – та показала ему большой палец. – Ты вообще в курсе, сколько сейчас времени? – Справедливо, – согласился Миллер. – Тогда двадцать пять. Глава 55 – А обязательно было напяливать эти боксеры? – В голосе Финн слышалось не просто отвращение, а прямо-таки неподдельный ужас. Миллер, растянувшийся лицом вниз на голом матрасе, полностью обнаженный, если не считать нижнего белья – именно его имела в виду Финн, – инстинктивно потянулся к светло-серым трусам. – Еще как обязательно, – заявил он. Будь у него больше времени, он бы обязательно раздобыл себе такие же, только с пингвинчиками – но что есть, то есть. “Терпение и труд все перетрут, Деклан… Так что не дрейфь, прорвемся!” Обе его тетушки, когда не спрашивали, чего он хочет, или не начинали вместо слов общаться песнями, очень любили выдавать эту фразу. И она, определенно, успокаивала его гораздо больше, чем, например, “Чтоб тебя кошки взяли, а кошек черти!” – это была любимая поговорка Салли, которую Миллер никогда не понимал. Или, например, Бриджет, когда жаловалась на загулы своего покойного мужа, говорила так: “Этот кобель начал вешаться на ту соседскую подстилку – я ему и сказала, чтоб жужжал отсюда!” Правда, смысл этой фразы он в конце концов все же уловил. Стоявшая на пороге Финн оторвалась от фотографий места преступления и, снова взглянув на Миллера, покачала головой. – Как-то многовато… плоти. – Чем точнее, тем лучше! – заявил Миллер. – Как скажешь. – Мы воссоздаем исходную композицию. Финн поморщилась. – Да у тебя же тут все… в пятнах! Миллер постарался не выдать своего истинного возмущения. – В пятнах? – Ладно, тогда… все бледное. Как будто исходная композиция – это мешок с картошкой. Ну, хоть трусы у него чистые… Миллер занял подготовительную позицию. Его совсем не удивило, что у Финн гораздо больше эмоций вызывает его полуодетое тело, чем фотографии трупа. Он догадывался, что она наверняка видала вещи и похуже – именно это в том числе делало ее идеальным кандидатом для подобной работы. Да и брала она за нее недорого… – Готова? – спросил он. – Меня больше интересует, как мне теперь это развидеть? |