Книга Дорогуша: Рассвет, страница 65 – Си Джей Скьюз

Сегодня я опять в Торки. Опять в «Спортз Мэднес». Наблюдаю за ним.

Старина Плод, похоже, не возражает. Пока ничего не болит и не беспокоит. И никаких внутриматочных разглагольствований на тему того, что мне не следовало сюда приезжать, и чем я здесь занимаюсь, и как я должна оставить Патрика Эдварда Фентона в покое, чтобы он прожил остаток жизни тихим и мирным педофилом.

Извините, но меня это не устраивает.

Я нависла над ним, пока он измерял стопы белобрысого паренька, который пришел за новыми футбольными бутсами, и пристально следила за каждым прикосновением его пальцев к ногам мальчика. Я смотрела, как он болтает – весь из себя такой положительный – с мамой мальчика, как зашнуровывает бутсы, сует им в пакет бесплатное средство для чистки обуви, потому что «мы любим, чтобы покупатели уходили довольными».

Буэ. О фальшь, имя тебе – Фентон.

Когда белобрысый мальчик получил бутсы и пошел на кассу с мамой и ее «Мастеркард», на сцене появилась я.

– Добрый день!

Фентон поднял взгляд от горы коробок и разбросанной по полу футбольной обуви. Улыбнулся: на языке пирсинг, зубы желтые, три пломбы.

– Вы на прошлой неделе помогали мне примерить кроссовки.

– Ах да, и как они вам? Не жмут?

– Нет, все прекрасно. Я и сейчас в них, смотрите, – сказала я и продемонстрировала ногу – он кивнул. – Послушайте, я понимаю, что это безумие, и клянусь, я не окончательно сумасшедшая, просто я в этом городе совсем недавно и никого здесь не знаю. А вас я видела уже несколько раз, и вы кажетесь мне симпатичным. Я подумала, может, вы не откажетесь сходить со мной куда-нибудь выпить?

– Выпить? – переспросил он, утирая жирный лоб запястьем.

– Ага, – подтвердила я, взмахнула волосами и одарила его самой ослепительной улыбкой, на какую только была способна, после чего попыталась расположить голову таким образом, чтобы в безжалостном освещении магазина глаза у меня засверкали добротой. – Просто посидеть, я угощаю. Ну вы, по-моему, такой привлекательный. Я ведь тогда у вас сразу две пары кроссовок купила – вы ни о чем не догадались?

– Да нет, – сказал он и рассмеялся тем неловким смехом, каким смеются парни, если сказать им, что они тебе нравятся.

Мне-то он, ясное дело, не нравится. Если честно, то, на мой взгляд, он просто отвратный. И к тому же тощий: продолговатый мешок белых костей, расписанный плохо сделанными татуировками и перевязанный замызганными фестивальными браслетиками. А еще у него изо рта воняет яйцом. Он вообще безнадежен: ни этических норм, ни шуточек, ни гигиены. Вот отсюда, видимо, и склонность к увлечению детсадовцами.

А обо мне ты ему собираешься рассказать? Или я просто по умолчанию участвую в вечеринке?

– Не, ну а че, мне норм, – буркнул он. – Только у меня смена до шести.

– Отлично. Я на машине, могу за вами заехать. Тогда до вечера? А, кстати, меня зовут Лия.

– Падди, – представился он. – Ну то есть Патрик.

– Приятно познакомиться, Патрик.

Я припарковалась у гастропаба «Лепрекон». Это единственное заведение в городе, где на парковке нет камер видеонаблюдения, насколько я смогла понять из Гугл-карт. Потребовалось три пива, чтобы таблетки наконец подействовали. Теперь он храпит на заднем сиденье. Я выполняю обещание – везу его домой. Правда, я не уточнила, домой к кому,так что технически во всем, что теперь с ним произойдет, он виноват сам.