Книга Прямой умысел, страница 4 – Александр Токун

Поезд прибыл на станцию Пичуга точно по расписанию. Кондрат и его секретарь, сопровождаемые носильщиком с багажом, миновали украшенный искусной резьбой деревянный вокзал и вышли на небольшую площадку, мощенную камнем, где их поджидал одинокий дилижанс. Бородатый извозчик хлопотал с упряжью. Рядом бродил одетый в поношенный мундир усатый мужчина сорока лет с квадратным лицом. Увидев приезжих, он торопливо одернул мундир и двинулся им навстречу.

— Приветствую! Демьян Демидович Поправка, — представился следователь, отдав честь.

— Добрый день! Меня зовут Кондрат Титович Линник, а это мой секретарь Онуфрий, он будет помогать мне в расследовании, — пояснил сыщик.

— Очень хорошо! — просиял Поправка. — Пройдемте в экипаж.

Пока Кондрат и его секретарь, отпустив носильщика, укладывали багаж, следователь суетился вокруг них и, казалось, не знал, чем себя занять.

— Господин Климов распорядился устроить вас по высшему разряду, так что насчет комнаты можете не беспокоиться. Сегодня как раз уехали химики, так что вам выделят квартиру для проезжих полицейских чинов.

— Отлично, — снисходительно отозвался Линник, усаживаясь в карете. Сыщик уже некоторое время наблюдал за Поправкой, и его поведениевнушало Кондрату определенные опасения. «Похоже, придется все делать самому», — подумал Линник и от досады стал тереть нижние зубы о верхние. Заметивший это Онуфрий выдавил на своем лице кислую усмешку.

— Трогай! — крикнул следователь вознице, и дилижанс, переваливаясь колесами по выщербленной мостовой, покатил в город.

— Насколько я понял, в городе мы будем через двадцать минут? — взглянув на карманные часы, спросил сыщик.

— Около того, — кивнул Поправка.

— Введите меня пока в курс дела.

— Извольте. Три дня назад около половины шестого утра в Зеркальном переулке в центре Пичуги сработала самодельная бомба.

— Что за бомба?

— Динамит особого состава. Нитроглицерин, селитра и еще что-то. Все указано в заключении химиков.

— Личность убитой?

— Степанида Корнилова Смык, двадцати лет. Родилась в Турейске, там же сейчас проживает ее отец. Пять лет назад переехала в Пичугу, проживала в семье двоюродного брата Игната Смыка, занималась разведением цветов для продажи.

— У кого мог быть мотив для ее убийства?

— С мотивом в этом деле труднее всего.

— Что говорят родственники? Были у нее друзья, подруги?

— Я говорил и с Игнатом, и с Корнилом. Сразу хочу вам сказать, что там все чисто. Все характеризуют Стешу как добрую, порядочную, трудолюбивую девушку, у которой не было ни врагов, ни соперниц. Правда, подруг у нее тоже не было, по крайней мере, здесь, в Пичуге. Стеша вела довольно замкнутый образ жизни. Зато у нее был жених.

— Расскажите про него.

— В настоящий момент он наш главный подозреваемый. Онисим Накладыч, двадцати шести лет, работает провизором в аптеке, следовательно, мог раздобыть нитроглицерин, к тому же ведет себя очень странно: не успели похоронить его невесту, а он уже за новой девушкой ухлестывает. Чем не мотив для убийства? Но при этом у нас на Онисима ничего нет.

— У него есть алиби?

— Какое может быть алиби при таких обстоятельствах? — развел руками следователь. — Совершенно ясно, что заложить бомбу в таком многолюдном месте можно только ночью. Но поскольку клумба пустовала с прошлой осени, определить, в какой день это было сделано, не представляется возможным. Ну и о каком алиби можно здесь говорить? Допустим даже, что бомбу заложили в ночь накануне убийства. Когда вы у кого-нибудь спросите:«Что вы делали прошлой ночью?» — в большинстве случаев вам ответят, что они спали. Вот только кто сможет это по-настоящему подтвердить, если все вокруг тоже спали?…