Книга Горький сахар, страница 60 – Ксения Бахарева

— Неужели вы озаботились о моем будущем? — иронично произнес Васечкин, жадно отхлебнув из стакана воды.

— Вы проницательны! Мои покровители…

— У вас их много?

— Достаточно, чтобы не беспокоиться. Но покровительство весомых фигур из силовых ведомств стоит денег. Особенно если после проверки на причастность к хищению кредитов фигуранта выпускают из изолятора временного содержания.

— Вы заплатили за меня? Разве я просил?

— Нет, что вы. Вы неправильно поняли. В жизни не заплатила ни за одного мужчину, предпочитаю, чтобы они платили за меня.

— То есть вы хотите сказать, что моя свобода пока не оплачена?

— Верно. Я должна передать благодарность за ваше освобождение покровителям в силовых структурах.

— И сколько же стоит благодарность?

— Пятнадцать тысяч… — был ответ.

— Чего?

— Долларов…

— Анна Митрофановна, вы удивительная женщина… Передайте своим благодетелям, я подумаю.

— Не затягивайте с мыслями, все может измениться… В СИЗО могут двери открыться вновь, стоит только нажать на нужную кнопку.

Анна вышла на свежий воздух, в солнечный день сразу после дождя. За углом офисного здания у припаркованного красного спорткара, усевшись на корточки, ковырялись двое мальчишек.

— Эй, вам что там нужно? — прокричала она.

Переглянувшись,детвора кинулась удирать, но Анне за три секунды удалось догнать одного из них и схватить за ухо.

— Признавайся, сопляк, что хотел сделать с машиной?

— Это не я! Это дядька один! Сказал, что заплатит! Тетенька! Отпустите! — кричал малый на всю округу.

— Где тот дядька, что обещал денег?

— Не знаю, это Павлик договаривался!

— А кто такой Павлик?

— Убежал он!

— Веди к нему! Я заплачу!

— Вы тоже обманете! Я знаю!

— Дядьке поверил? А мне нет? — крикнула Анна и крепче сжала руку за ухом.

— Больно, тетенька! Не надо! Я покажу!

Буквально через сотню метров за углом улицы, на которой не наблюдалось ни души, мальчишка подбежал к пивному ларьку с амбарным замком на покосившейся двери. Стукнул пару раз, и дверь с облупившейся краской скрипнула и открылась, явив рослого человека в клетчатой рубашке, статного и широкоплечего. Лицом он был еще красив, с правильными чертами, правда, согнулся с годами, потому и осеребрились виски, и взгляд разбила усталость.

— Какая изумительная случайность! — не спуская с вошедшей дамы глаз, обитатель пивного ларька попытался рассмеяться, откинувшись к спинке хромого кресла. — Анна Митрофановна, голубушка! Наконец-то я вас разыскал! Заходите, милости просим, не побрезгуйте! — мужчина слегка наклонился и, пылая щеками, подал ей руку.

— Тетенька! Вы сказали, не обманете! — приуныл мальчишка у входа.

Анна достала из кошелька мелкую купюру, подумав, добавила еще одну и со словами «Купи себе что-нибудь хорошее» повернулась к давнему знакомому:

— Скорее я тебя нашла. Что ты тут забыл? — Анна прикусила губу, осмотрелась, не решаясь присесть на ящики, расставленные вокруг крошечного пространства.

— Пытаюсь выжить, после того как ты меня кинула.

— Валик, ты сам себя кинул. Никто тебя на дно не тащил. Скорее наоборот.

— Ловись, рыбка, большая и маленькая! Ловись, рыбка… Так когда? Когда вернешь деньги?

— Вот кредит отдам к концу года, обещаю! Все верну! — Анна улыбнулась открыто и лучезарно, так искренне, что не поверить ее словам было невозможно.

Валентин перекинул одну ногу на другую, задумал уступить место долгожданной гостье. И вдруг, поняв, что настала именно та минута, когда можно прижать давнюю любовь, двинулся на хрупкую фигуру с тайной надеждой, схватил красавицуза горло, пристально вглядываясь в великолепные глаза, но неожиданно рука его обмякла и губы потянулись к сочным губам. Целуя жадно, как в последний раз, он не мог оторваться, пока она робко, тихонько не отодвинулась от напористого тела, едва скрывая брезгливость.