Онлайн книга «Горький сахар»
|
— У меня вопрос к обвиняемому! — встал из-за стола прокурор. — Вы первоначально давали показания после задержания. Там говорится, что вы как раз входили в класс в день нападения на учителя в восемь сорок. Как вы объясните подобные расхождения? — Высокий суд, мой подзащитный подписал показания под нажимом, как и так называемое чистосердечное признание, которое так же, как и первоначальный допрос, было проведено в нарушение всех мыслимых норм: без адвоката и законного представителя. Еще раз: без адвоката и законного представителя! Вы уверены, что его не запугали и под нажимом и пытками не выбили признание? Я не уверена. Орудие преступления не найдено! Так что у обвинения есть только липовое признание и больше ничего. — Ясно, — отреагировала судья. После перерыва в зал заседаний вызвали потерпевшую. К этому времени подоспели ее дочь Татьяна и представители средств массовой информации. Оно и понятно: дело громкое, нешуточное, потому и репортеров с охами и ахами набежало множество. Вера Андреевна в цветастом платке на шее вошла в зал с опущенной головой, опираясь на палочку и медленно озираясь по сторонам, словно опасалась кого-то. Встала, облокотившись на трибуну. — Вы узнаете обвиняемого? — спросила учительницу судья. — Чего же не узнать! Сколько лет у него в классе преподаю, — ответила холодно и пренебрежительно Вера Андреевна, закашлявшись. — Можете рассказать, что с вами случилось? Когда и кто на вас напал и причинил ущерб вашему здоровью? — подключился к допросу прокурор. Вера Андреевна долго молчала, а потом заговорила, наконец: — В тот день в школу пришла к восьми часам, потому что не было первого урока, часть класса накануне ездила на экскурсию в Петербург, и детям разрешили прийти ко второму уроку — на физкультуру. Находилась в кабинете. Приблизившись к моменту наивысшего драматизма, женщина как будто испугалась. Она замолчала, стараясь не смотреть в сторону клетки, в которой замер, не дыша, обвиняемый. Учительница, бледная исерьезная, нарочито отвернулась, глянула в окно, где бушевала осенняя стихия. Разве что листья еще не облетели с одного упрямого клена, окрасившегося в красно-желто-зеленые цвета светофора. Однако и это одинокое дерево то тут, то там теряло от непогоды по крохе золотистую листву. Вера Андреевна с тусклыми свинцовыми глазами поднатужилась, напряглась всем телом. Руки ее сперва потянулись к повязанному поверх шеи платку, затем прижались к груди. И она намеренно беспристрастно продолжила металлическим тоном: — Зашел ученик девятого класса Андрей Кирсанов, поставил рюкзак. У него была неудовлетворительная оценка по стихам. Видимо, хотел исправить. Он начал доставать учебник. Потом я резко почувствовала боль в области шеи. Он напал на меня с ножом сбоку. Напал в два этапа. После нескольких ударов вышел из класса, нож оставался на столе. Потом он вернулся в кабинет и еще несколько раз ударил, положил нож в рюкзак и ушел, — произнесла Маликова заученно. — Зачем? Зачем вы врете? — тихо залепетал подросток. Судья сделала юноше замечание: — Помолчите, обвиняемый, вам никто слова не давал. Вера Андреевна как будто не услышала реплики, закрыла глаза, откинула голову и завопила: — Я же чуть не умерла! А умирать никому не хочется! — Вера Андреевна, я вам сочувствую. Тем не менее хочу напомнить: мы здесь для того, чтобы установить истину. Как вы думаете, зачем обвиняемому понадобилось вас калечить? По какой причине? |