Книга Под вересковыми небесами, страница 21 – Ольга Владимировна Маркович

Потчепе вскочил на ноги и вошел в состояние творческого азарта. Думаю, мы его за такие моменты и любили. Когда он говорил о профессии, о том, как надо играть, он менялся в лице и даже в форме. Не знаю, как это объяснить, но из обрюзгшего стареющего шизика с накладными усами он превращался – нет, все в такого же стареющего шизика, но уже куда более импозантного.

– Я не говорю, что надо застывать в одном образе или спекулировать ограниченными приемами. Я о том что вы должны знать, где лучше всего справитесь!

– Не к тому ли вы клоните, мистер Потчепе, что Дэймон с его шевелюрой, – я изобразил руками облако над головой, – лучше подойдет для роли Трусливого Льва, чем мой братишка в унылой маске из шторных шнуров? – На последнем слове я покатился со смеху. Не смог сдержаться.

– Тед Палмер, если ты перебьешь меня еще раз, репетиция для тебя окончится, – ответил Потчепе строго, как Господь Бог. Только как тот, что в Ветхом Завете, а не тот, что потом размяк и дал людям распять своего единственного сына.

Я кивнул, но был собой доволен. Отличный вышел панч.

– Хорошо, что Тед упомянул постановку «Волшебник страны Оз», – продолжал Потчепе. – Хочу сказать каждому из вас о его сильных и слабых сторонах, прежде чем мы перейдем к распределению ролей в новой постановке. Раз уж речь зашла о Трусливом Льве, Том, – учитель перевел взгляд на моего брата, а тот раскраснелся, как причесон Роналда Макдоналда. Тоже мне артист. Не переносит внимания. – Ты отлично сыграл роль, Том. Мне нравится глубина твоего голоса и пластика. Это замечательно! Двигаешься ты и правда как кто-то из семейства кошачьих. Однако хочется больше напора, ведь ты хищник, не забывай об этом. – Почепе перевел взгляд на меня. – Тед, невзирая на то, что весь спектакль ты носишь на голове холщовый мешок с примитивно нарисованной физиономией, огня и характера у твоего Страшилы хоть отбавляй. Я бы даже сказал, его слишком много. Не забывай, что ты часть актерского ансамбля, а не солист. Важно не терять из вида коллег по сцене, а не пытаться забрать все внимание на себя.

«Ну, ясно, одни и те же ко мне претензии. Как всегда, меня слишком много».

Потчепе перешел к нашему «драматургу»:

– Гэвин, твой Оз получился многогранным и неоднозначным, это огромный плюс. Но иногда кажется, что ты играешь не в детской сказке, а в «Короле Лире», будь проще, позволяй себя улыбаться. Будь дурашливым.

О Гэвине в точку, он вечно так серьезен, будто у него швабра в зад вставлена. Сидит рядом с Линн бок о бок. Так раздражает, что они вместе. Глаза б мои не видели крошку Линни с этим олухом.

Потчепе как раз к ней перешел:

– Линн, ты великолепная Дороти. Твои две озорные косички и платьице куда милей, чем у самой Джуди Гарленд. – Потчепе расстилался, а Линн смотрела на него испуганно, как газель. Гэвин ее приобнимал, поддерживал. Олух. – Но, девочка, никогда не делай ставку на одну красоту. Давай больше игры, как уже упомянутая Хепберн. У режиссеров будет искушение использовать твою внешность, но ты должна помнить, что это не все, что у тебя есть! Иначе выйдет, как с Джин Тирни, на которую ты невероятно похожа. Та получила номинацию на «Оскар» за «Бог ей судья», где была не просто хороша, а точна, глубока! Эта девушка не только красива. Она была действительно талантлива. Но такое сочетание, как красота и талант, – серьезное испытание для актрисы. Кэтрин Хэпберн справилась, но и стержень у нее был покрепче мужского. – Потчепе сжал руку в кулак и уставился на крошку Линн пристальным взглядом. – Потому открывай свою роль каждый раз заново. Перепрыгивай себя на голову. Каждый раз. Каждый раз!