Книга Под вересковыми небесами, страница 73 – Ольга Владимировна Маркович

Так вот, я прилег и гляжу, что ребята там мокрую одежду скидывают. Потчепе ее в охапку собирает. Наверное, он решил ее высушить в сушильной машине. Девочки пледами накрылись. Парни ходят по пояс голыми. Потчепе ушел, а потом вернулся со свечами. Свет погасил и стал загадочным.

Я что он говорил не слышал. Только видел.

Несколько подсвечников расставил Потчепе по комнате. Ребята уселись на пол. Потчепе бродил туда-сюда и махал одной свечой. Та кидала на его лицо мрачные тени. Черты его изменились. Он походил на Дракулу или еще кого из злодеев. На нем висела простыня, обмотанная вокруг талии и закинутая на одно плечо. Он что-то говорил. Потом встали парни и стали тихонько двигаться, как в танце. Я подумал, что они начали репетицию. Потому что Потчепе пел или приговаривал что-то. А народ поднимался со своих мест. По стенам поползли длинные черные силуэты. Потчепе схватил колпак волшебника Оз в углу. Маски из спектаклей хранились там же. Он надел на себя колпак и показал жестом, чтобы все выбрали себе что-то из реквизита.

И вот ребята облачились. И принялись плясать. Я уже не мог определить, где кто. Так быстро они скакали в полумраке в своих масках и головных уборах. Потчепе размахивал руками. Тени плясали все сильнее. А потом он скинул простыню. И остался голым. И все стали сбрасывать с себя одежду, и их карнавал стал очень жутким. Очень. Каким-то странным.

Я подумал, что раньше никогда не видел дьявола. Но теперь он будто веселился и плясал вместе с ними, отбрасывая рогатые тени на стены. И девочки, и мальчики – все стали диким племенем. Топали ногами и размахивали руками. Казалось, им было весело, но это не было весельем.

Я ощутил неприятный запах жженой резины, коровника и черной земли вспаханного поля. Мне хотелось перестать дышать, лишь бы не чувствовать этого.

Я притих и задержал дыхание, но запах все равно проникал внутрь.

А там ведь были и девочки. И все они тоже разделись. И Линн там была. На ней был парик Королевы Червей с красными волосами в форме сердца и сетка черного капрона на лице, из спектакля про Алису. Я только ее одну и Потчепе и отличал от остальных.

Все казались сплошной массой со звероподобными головами. И сначала никто никого не трогал. Все хлопали в ладоши и скакали, как одержимые. Но потом тот, кто был в маске Тру-ля-ля, схватил Линн за плечи. Он начал трясти ее, пытаясь танцевать с ней, а она отбивалась.

Я забарабанил кулаками в окно. Понял, что плачу от ужаса. Потчепе оглянулся и увидел меня лежащим на брюхе за стеклом. К Линн подскочили двое других в масках и стали оттаскивать от нее Тру-ля-ля. Началась неразбериха. Потчепе врубил свет, и мои глаза обдало резкой болью. В ярком освещении все похватали простыни и пледы и стали прикрываться, так, будто очнулись от сна и застыдились.

Потчепе наскоро запахнулся простыней, и по выражению его лица было видно, что он зол и встревожен.

Я начал отползать от окна в сторону, тяжело дыша. Я увидел что-то плохое, но не знал, что именно. Я ощущал смесь возбуждения и страха. Ноги меня не слушались. Я хотел встать, но не мог. Плашмя дополз до выхода и уже ближе к забору ощутил кое-какую силу. Поднялся, подтянувшись, держась за забор руками, и почти побежал к дому. Ноги были ватными, но я бежал.

Мне было страшно и непонятно. Меня не покидало чувство ужаса. Такого, когда близко видишь смерть. Никто не умер, но мне все равно было страшно.