Книга Основано на нереальных событиях, страница 57 – Алекс Винтер

Кто-то потряс Степана прямо за больное плечо. Он зашипел от боли и осоловело открыл глаза. Над ним склонился один из агентов Долгих.

– Машина пришла, поехали, – сказал гэбэшник.

Степан поднялся, охнул от боли в затекших конечностях и поежился от холода. Часы показывали пять утра, город потихоньку просыпался. Позевывая, Степан вышел на улицу, глядя, как то в одном, то во втором окне зажигается свет. Во дворе стояла «Волга», для разнообразия серая, мотор работал, разбудивший Степана гэбэшник курил у дверей и поглядывал на часы, ожидая двоих других сотрудников, что спускались по лестнице. Замерзший Степан юркнул внутрь, занял место у окна, подумав, что, если они будут ехать достаточно долго, он попробует еще поспать. В машине было тепло и накурено, Степана мгновенно разморило, да так, что он задремал еще до того, как машина тронулась с места.

Проснулся он от резкого толчка, врезавшись головой в переднее сиденье. Мотор молчал. Подпрыгнув, Степан поднял голову, посмотрел в сумеречное окно, затянутое морозной пленкой, и спросил:

– Приехали?

– Приехали! – зло ответил шофер, дернул дверь, вышел наружу и поднял капот. Гэбэшники хранили молчание, а потом по одному вышли на улицу. Степан посидел еще минуту и неуклюже вывалился наружу, с трудом удержавшись на обледенелой мостовой.

Оказалось, они только выехали со двора, как машина взбрыкнула и умерла, что, судя по матерящемуся водителю, было вовсе не диковинкой. Степан тоскливо поглядел на темное небо и утешил себя мыслью, что до метро тут недалеко, и, если машину не починят, он просто дойдет до станции, а метро вот-вот откроется. Да, пожалуй, дойти пешком до «Фрунзенской» было правильным решением, быстрее получится… Степан повернулся к агентам КГБ, чтобы сообщить им свое решение, бросил взгляд в сторону двора и застыл с открытым ртом. Оттуда, в сопровождении мужчины, выходила Ирина Акуник. Не узнать ее было невозможно: то же синее пальто, тот же платок на голове, и это прекрасное лицо лубочной русской красавицы со страниц журнала «Крестьянка». Ее спутник, демонически красивый брюнет, тоже был знаком Степану. Прежде чем выйти на улицу, Ирина бросила в обе стороны подозрительный взгляд, а потом повернулась и посмотрела прямо на Степана. В ее лице что-то дрогнуло.

– Стоять! – заорал Степан и бросился к ним. После секундной паузы Ирина кинулась по набережной налево, к Первой Фрунзенской улице, а ее спутник направо, к Пушкинскому мосту.

Скользя на льду, Степан устремился следом за Ириной, а гэбэшники побежали за мужчиной. В несколько шагов красавчик домчался до моста через Москву-реку, подстывшую с берегов, с длинной протокой посередине, чернеющей на фоне белого льда. Степан постарался не отставать от стремительно удаляющейся Акуник, но уже буквально через тридцать шагов боль в плече заставила его немного сбросить скорость, а вскоре легкие едва не задохнулись без воздуха. Поясной ремень форменной шинели сдавливал талию, как удав. Ирина, бегущая впереди, путалась в полах пальто и тоже скользила на льду, но убегала, убегала, зараза! Степан оглянулся.

Высокий красавец уже был на середине моста, промчавшись по нему с какой-то олимпийской скоростью, ничуть не заботясь о брошенной Акуник. Степан увидел, что гэбэшники, отчаянно требуя, чтобы мужчина остановился, достали оружие. Не тратя времени на предупреждения, они начали стрелять. Грохот разорвал тишину утреннего города. Впереди закричала Акуник, испустив яростный вопль раненого зверя. Красавчик нелепо махнул руками, врезался в перила, перевалился через них и полетел в темную воду.