Книга Черная Пасть, страница 54 – Рональд Малфи

Через окно Клэй видел, как Джин Рассел курит, глядя на дорогу и на движущиеся, словно на конвейере, восемнадцатиколесные фуры.

– Мистер Рассел, если в этой истории замешан мужчина – мужчина, который заставил вашу падчерицу сделать то, что она сделала с Шарлоттой Браун,– это сняло бы часть вины с Молли и с вашей супруги.

Стив Рассел наклонился через стол.

– Не было никакого мужчины, мистер Уиллис.– В его голосе слышалась обреченность.– Да, так утверждает Молли, но… Это лишь плод ее воображения.

– Откуда вы знаете?

– Потому что она проблемный ребенок. Тот ублюдок, с которым встречалась Джин, надругался над ней. Она не виновата. Однако теперь Молли немного не в себе.

– Возможно, на сей раз она права,– сказал Клэй.

Стив Рассел не сводил с него усталых встревоженных глаз.

– Послушайте, мистер Уиллис. Если вы думаете, что могли бы как-то помочь Молли, я только за. Но буду честен. У нас с Джин не так много денег. Я уже какое-то время сижу без работы. Я хочу сказать, сэр, во сколько нам это обойдется?

– Это не будет стоить вам ни цента,– заверил Клэй.

После ареста Молли Брум находилась под стражей в окружном исправительном центре для несовершеннолетних в Лексингтоне. Учреждение вмещало до шестидесяти постояльцев. Большинство комнат напоминали классы начальной школы, с картами на стенах и деревянными партами, расставленными аккуратными рядами. Клэй побывал в бесчисленном количестве подобных учреждений, и они неизменно вселяли в него чувство безысходности.

Он ждал Молли в одной из таких комнат, стилизованной под класс. Стены были выкрашены в казенный розовый цвет, пластиковый стул под ним был слишком мал и неудобен. Клэй хотел захватить с собой мобильный телефон, чтобы показать Молли фотографию, присланную Мией, но в учреждении телефоны не дозволялись.

Ровно в три часа дверь классной комнаты открылась и вошла высокая, полноватая девочка; некоторые назвали бы ее крупной. Простое круглое лицо обрамляла копна нечесаных волос соломенного цвета, на румяных щеках виднелись неровные красные ссадины, плечи были усыпаны прыщами, расцарапанными до кровавых полос. Она двигалась так, как свойственно детям, когда их тела крепнут быстрее, чем умы.

Увидев, что в комнате кто-то сидит, Молли Брум застыла в дверях.

К девочке подошла женщина в коричневой рубашке поло и брюках защитного цвета. Коротко кивнув Клэю, она велела Молли идти и сесть за стол рядом с ним, но Молли не двинулась с места.

– Все в порядке,– улыбнулся Клэй женщине.– Дальше я сам.

– Я зайду через пятнадцать минут,– сказала женщина. Дверь на пневматических петлях плавно закрылась за ней. Подошвы кроссовок заскрипели по коридору.

Девочка по-прежнему стояла неподвижно.

– Привет, Молли. Меня зовут Клэй Уиллис. Я социальный работник из Мичигана. Я услышал о том, что произошло, и приехал, чтобы с тобой встретиться. Не возражаешь, если мы немного поговорим? Тебе не обязательно сидеть рядом со мной. Если хочешь, можешь сесть вон там.

Она молча глазела на него.

– Твои родители просили передать тебе привет,– продолжал Клэй.– Я вчера с ними встречался. Они очень за тебя переживают, Молли.

– Я знаю, кто ты,– сказала Молли Брум.– Ты меня не обманешь.

Клэй передвинул стул, чтобы удобнее было сохранять зрительный контакт.

– И кто же я?

Она ничего не ответила.