Книга Черная Пасть, страница 82 – Рональд Малфи

В доме царила мрачная тишина. Джин Рассел провела нас по коридору в маленькую столовую, где за столом с чашкой кофе сидел мужчина в майке. Стив Рассел выглядел не намного бодрее, чем его жена. Когда мы все вошли в тесную комнатушку, он поднял изможденное бородатое лицо и лишь поджал губы в качестве приветствия.

Во главе стола сидела молодая женщина в недорогом на вид сером брючном костюме; на столе перед ней лежали блокнот и открытая папка, ощетинившаяся бумагами. Когда мы собрались вокруг стола, женщина встала и представилась как Ашида Роу, адвокат Молли Брум.

Перед тем как отправиться на встречу, я принял таблетку «Ативана», который, похоже, больше не действовал: усаживаясь вместе с Клэем и Мией за стол, я чувствовал нарастающую внутри нервозность. Стульев не хватило, поэтому я велел Дэннису сесть в кресло в углу комнаты, что он и сделал, не проронив ни слова. Джин и Стив Рассел сопроводили моего брата озадаченными взглядами.

– Я рассказывал вам о своих друзьях по телефону,– начал Клэй.

Ашида Роу подняла глаза от желтого блокнота, в котором пока что не было никаких записей, кроме даты.

– Кто сделал фотографию?

– Я,– сказала Миа.

– Когда она была сделана?

– Около двух недель назад, в Лексингтоне. На ярмарке.

Клэй повернулся к Мие.

– Ты не упоминала про ярмарку.

Миа пожала плечами.

– Разве это имеет значение?

Немного поразмыслив, Клэй покачал головой.

– Наверное, нет.– Он посмотрел на Ашиду Роу.– Вы показали фотографию Молли?

– Да,– ответила та.– И она подтвердила, что мужчина на ней похож на того человека…

– Но? – перебил Клэй.– Есть что-то еще?

– Ну, Молли не была уверена на сто процентов. Она говорит, что лицо того человека выглядело немного иначе, чем у парня на фотографии. «Длиннее», так она выразилась.

Я невольно напрягся. В памяти мелькнуло лицо Фокусника, убегающего через лес в ту последнюю ночь. И то, как оно словно подернулось рябью, меняясь…

– Однако я не хочу полагаться на единственную фотографию,– продолжила Ашида.– На фотографиях люди выглядят иначе. Вот почему полиция предпочитает очные опознания. К тому же Молли перенесла серьезную психологическую травму.

Сидящая напротив меня Джин Рассел перекрестилась.

– Что не дает мне покоя,– продолжала Ашида,– так это возраст нашего парня в то время, когда вы были детьми.

– Я бы сказал, что ему было около тридцати,– сказал Клэй, и Миа кивнула в знак согласия.

– С тех пор прошло почти двадцать пять лет,– сказала Ашида.

На столе среди ее бумаг я заметил официального вида документ со словами «Полицейский департамент Саттонс-Ки», напечатанными сверху. Она взглянула на него.

– Да, это было в 1998 году,– подтвердил Клэй.

– В таком случае, сейчас ему должно быть за пятьдесят,– сказала Ашида.– Мужчине на фотографии столько не дашь.

– Фото не самое удачное,– признала Миа.– Я хочу сказать, изображение слегка размыто. В реальности он выглядел старше.

– Как я уже сказала, фотографии могут быть обманчивы,– согласилась Ашида.– Хотя, по словам Молли, тому человеку тоже около тридцати. Впрочем, одиннадцатилетние дети не всегда точно могут оценить возраст взрослого человека. Когда мне было одиннадцать, любой взрослый за тридцать выглядел таким же старым, как мой дедушка.

– Возможно, когда мы с ним познакомились, он был моложе…– Миа оглядела нас в поисках поддержки.– Лет двадцати с небольшим.