Книга Обида Крошечки-Хаврошечки, страница 44 – Дарья Донцова

– Видела, – кивнула я, – хороший российский бренд. И вы правы, обувь в этом случае центральное звено. Вот только на каблуках мое имя. Знаете, если просто решили с мужчиной весело время провести, то фантазируйте про себя все что хотите. Вы дочь английской королевы, до Юрия Гагарина в космос десять раз летали… Но коли надеетесь на серьезные отношения, то лгать не надо. Заодно поймете, как к вам мужчина относится. Полюбит он вас бедной, в тапках с базара? Значит, ему именно вы нужны как человек. И если свидание вечером, почему утром нарядились?

– Брючный костюм ни разу не носила, – прошептала Нина, – хотела проверить, как он себя поведет! Вдруг чесаться начну? Туфли надевала один раз и давно, а нога изменяется…

– Поняла, – кивнула я, – решили устроить репетицию наряда.

Шкурова похлопала себя ладонью по лицу.

– В той клинике знакомая работает. Она мне сначала делает классный уход, потом макияж. Приехала, а тут… вы. Вот и все. Пожалуйста, простите меня. Не следовало брать обувь. Но… но…

Глаза Нины наполнились слезами.

– Если собрались на свидание, глупо реветь – лицо превратится в мусор. Возьмите себя в руки! – велела я. – Так, где ваша косметика?

– В ванной. А что?

Я скинула кроссовки.

– Пойдемте, сделаю правильный макияж. Мужчина не поймет, что вы накрашены!

– Вы – мне? – обомлела хозяйка. – Но… денег нет…

– Разве я просила оплату? – усмехнулась я. – Я работаю, а вы запоминайте, как да что. Потом сами так же себе будете делать.

– У меня палетки и кисти не элитные, ты другие, наверное, используешь, – отбросив «вы», прошептала Нина.

– В каждом бренде, даже самом простом, найдутся прекрасные вещи, – возразила я. – У меня микс от разных производителей. Давай, шагай! – перешла и я на «ты».

Минут через сорок мы снова вышли в прихожую.

– Спасибо, спасибо, спасибо! – шептала Нина. – Все запомнила! Куплю себе такой же набор, как у тебя.

Я двинулась к двери.

– Степа! – окликнула меня Шкурова.

Я обернулась.

– Что?

– Ты туфли забыла.

– Нет, я их специально оставила, – улыбнулась я. – Они прямо рождены для этого костюма. Сходишь на свидание, потом вернешь мне. Но знаешь, если парень оценивает тебя по одежде – это не твой парень.

– Аня Валиева, – вдруг сказала Нина. – Знаешь ее?

– Конечно, – кивнула я.

– Помнишь свои коричневые лоферы «Миуччи»? – неожиданно осведомилась Шкурова.

– Да, – протянула я, – они тоже куда-то подевались. Две пары обуви пропали одновременно. Туфли от Роже Вака и старенькие «Миуччи». Последние совсем не жаль. Я их использовала как тапки, когда ноги от каблуков уставали.

Нина прислонилась к стене.

– Валиева казалась мне милой. Мимо ресепшена сотрудники бегут, «здрассти» не скажут. А Аня всегда притормозит, улыбнется. Она меня попросила сходить в подвал, найти уборщицу, отдать ей пакет с твоими лоферами «Миуччи», сказать: «Это ваш выигрыш в тайной лотерее».

– Тайная лотерея? – переспросила я. – Не слышала про такую.

– Я тоже, – кивнула Шкурова. – Но если розыгрыш секретный, то о нем мало кто знает. Вот за эту услугу она мне твои «Роже Ваки» отдала, велела не носить на работе. Но я ж не дура. Все выполнила. И через два дня меня уволили, придравшись к ерунде – не надела под пиджак форменную блузку.

– Как звали уборщицу, которой ты вручила лоферы? – поинтересовалась я.

Нина опустила голову.