Книга Невеста Василевса, страница 104 – Надежда Салтанова

Попавшаяся на пути баня была заперта, но на шум к ним вышел Ерофей. Конюхи были с ним знакомы, объяснили, что ищут. Он перекрестился, покачал головой, вызвался помочь.

Все вместе они дошли до церкви Святых Сергия и Вакха, что стояла почти у стены, за которой уже билась волнами о скалы Пропонтида. В монастыре при церкви тоже устроили переполох, требуя, чтобы их пустили в подвалы, где монахи хранили вино. С вооруженной бандой спорить побоялись, а услышав, что ищут пропавших девиц, притихли, показали подвалы. В одном из подвалов обнаружилась огромная бочка, в которую сливали остатки вина из амфор, чтобы выстаивать на уксус. Павлос даже велел одному из своих нырнуть и проверить, нет ли на дне убитых девиц. Монахи, услышав, взвыли, проклиная пришедших разбойников. Почтенный Стефан указал на длинный крюк, стоящий в углу, и приказал конюхам проверить бочку крюком. Кроме поднятой со дна мути, ничего не обнаружили.

Галактиону не давало покоя исчезновение Дарии именно у входа в цистерну. Ведь там ее видели в последний раз. Он поделился в ночи своими мыслями с почтенным Стефаном, но тот покачал головой:

— Видеть-то, может, они и видели. А ее могли там же в носилки усадить да увезти. Трудно верить чужим глазам, парень.

Галактион, посеревший от тревоги и усталости, сел на прикрытую попоной кучу свежих опилок. Задумался, опустив голову. И незаметно для себя провалился в беспокойный, мучительный сон.

Он проснулся оттого, что над ним стоял один из конюхов, с которым они вернулись после бесплодных поисков прошлой ночью:

— Насилу тебя нашел! Тебя там какой-то старик спрашивает. У южной калитки.

Галактион вскочил, моментально проснувшись, будто его окатили холодной водой:

— Какой старик?!

Не дожидаясь ответа, он, спотыкаясь, бросился по переходам в сторону южных ворот. Сердце колотилось, в голове стоял шум, будто он накануне напился неразбавленного вина. Выглянув из калитки на улицу, покрутил головой. Из тени раскидистой акации шагнул невысокий седой мужчина, держа за руку худую девочку.

— Тебя как звать, парень? — Старик рассматривал парня, кривя губы.

— Галактион. Что за дело у тебя ко мне?

— Да дело не у меня, а вот у внучки моей. — Он положил девочке руку на плечо. — Не робей, Софушка, передавай свое послание.

Она дрожащими руками протянула записку, пробормотала:

— Нина-аптекарша вот велела передать Галактиону. И на словах сказать, что будет ждать здесь, у южных ворот, как сможет из дворца выбраться.

— И когда она сможет выбраться? — Галактион развернул кусок пергамента, на котором Нининой рукой было начертано «Сделай милость, почтенный Никон, приходи, как сможешь, к южным воротам с двумя равдухами. Я укажу тебе на душегуба».

— Когда выберется, мне неведомо. И выберется ли. Неладно там, во дворце, сейчас. — Девочка покачала головой.

Галактион склонил голову, посмотрел ей в глаза так, что щеки девушки заалели от смущения:

— Сделай мне милость, красавица, — произнес он. — Ежели Нина в беду попадет, найди способ мне сообщить. Я в долгу не останусь. Сделаешь, как я прошу?

— Сделаю, — завороженно кивнула Софья.

Дед ее недовольно переводил взгляд с внучки на молодого белокурого конюха и обратно. Сгреб в кулак бороду:

— Ну что, парень, получил послание? Удачливый ты, я смотрю. Молод, красив, дворцовая аптекарша тебе благоволит, амурные встречи назначает. Что ж ты не радуешься? — Старик усмехнулся, потянул внучку за плечо. — Пойдем, милая, буду молить диэтария, чтобы тебя к другой службе приставили. Не дело это девице похотливые записки носить.