Книга Стамбул. Подслушанное убийство, страница 150 – Анна Орехова

— Неужели он врет? — уже в который раз за вечер пробормотала Ника.

— Или ошибся, — тоже не в первый раз заметил Кирилл.

Они сидели на террасе. Мимо гуляли прохожие, наслаждаясь вечерней прохладой. Официант поставил на их столик лампу. Странно, что не было комаров, в Краснодаре их бы уже живьем сожрали.

— Если ошибся, как это доказать?

— Зачем? Это не твоя задача. Пусть инспектор доказывает. В этом вопросе я солидарен с твоим отцом: ни один суд такие показания не примет.

— Дело не в суде, я всё еще надеюсь, что до этого не дойдет. Я пытаюсь разобраться. Если Манчини врет, значит, он убийца. Понимаешь? Я тогда хотя бы буду знать, кто меня подставляет.

— Ника, я всё понимаю. Ты хочешь узнать, кто тот гад, что подбросил кровь и пуповину. Я тоже хочу это выяснить, но пока не вижу вариантов.

Ника наколола помидорку черри, задумчиво отправила в рот.

— Но если он ошибся? Например, был на лестнице в другое время, возможно это как-то мне поможет?

— Вряд ли. Опять же из-за того, что его словам сложно верить.

— Ты прав.

Она поковыряла рыбу вилкой, съела еще кусочек. Можно ли как-то доказать, что Манчини врет? Найти нестыковки в его словах? Или отыскать других свидетелей?

— Попробуй айран. — Кирилл указал на стакан с белым воздушным напитком. — С твоим режимом питания желудок будет благодарен.

Ника послушно взяла стакан. Интересно, когда будет готова экспертиза? Если кровь на кроссовках не принадлежит Федерике, то обо всем этом кошмаре можно будет забыть, а папа зря потратился на билет и гостиницу.

Айран был холодным, немного резковатым, отдаленно напоминал кефир.

— Мне нравится.

— Я рад. Если хочешь, можем попросить упаковать рыбу с собой и поужинаем позже. Когда придет аппетит.

Ника улыбнулась.

— Читаешь мои мысли.

Пока Кирилл общался с официантом, она достала телефон. Оказывается, пришло сообщение от Ильяса. Потягивая айран, Ника открыла ватсап.

«Эксперт шепнул, что есть результаты. Подтвердилось, что кровь принадлежит Сантос. Пытаюсь выяснить подробности».

Рука дрогнула, айран потек по подбородку на футболку.

— Черт!

Кирилл отвлекся от беседы с официантом.

— Что случилось?

Ника вытерла салфеткой подбородок. Пальцы и футболка были заляпаны айраном.

— Ильяс прислал сообщение. — Она протянула Кириллу телефон, взяла еще салфеток. — Я сейчас, надо привести себя в порядок.

Она направилась к туалетам. Знала же, что так будет. Знала! Но всё равно надеялась, вдруг это ошибка, вдруг она сама порезалась и не заметила, как кровь попала на кроссовки. Что теперь? Что будет делать инспектор?

Ника зашла в туалет, оперлась руками о раковину, посмотрела в зеркало — вид потерянный, глаза на мокром месте. Надо собраться, нельзя раскисать. У них ничего на нее нет: мотив притянут за уши, кровь — косвенная улика, то, что она была на нижней палубе, ничего не доказывает, а показания Манчини — всего лишь повод для беспокойства.

Любой адвокат разобьет обвинение в суде. Но неужели его всё-таки предъявят? Она открыла кран, смыла айран с футболки. Наконец вернулась злость. Знать бы, что за подонок ее подставляет!

Ника глубоко вдохнула. Всё будет хорошо, она не одна, рядом Кирилл и сегодня прилетает папа. Завтра утром они втроем сядут, всё еще раз обсудят и решат, что делать дальше. Главное — не раскисать.

Она вышла из туалета, направилась к их столику и застыла. С Кириллом беседовала девушка в сером платке. Помощница Мехмета! Та самая, что якобы плохо говорила по-английски. Рядом с ней стоял полицейский в форме. Девушка что-то спросила, Кирилл нахмурился и кивнул.