Книга Увидеть огромную кошку, страница 141 – Барбара Мертц

– С мальчиком всё в порядке. – Эмерсон обнял меня за плечи. – Присядь на минутку, Пибоди. Чёрт побери, слишком много событий происходит одновременно. Нам нужно поговорить.

Голос его звучал, как и раньше, грубо и раздражённо, что существенно успокоило меня.

– Что тебя больше всего волнует, Эмерсон? Намерения полковника Беллингема в отношении Нефрет?

– Они могут подождать. Поначалу я слегка расстроился, – признался Эмерсон, допустив одно из величайших преуменьшений года. – Но полагаю, что по его меркам он не сделал ничего плохого. Если у него хватит наглости прийти и попросить моего разрешения ухаживать за Нефрет, я вышвырну его из окна – так же, как и его цветы – и это разрешит все сложности.

– Пожалуй, – согласилась я, улыбаясь. – Убийство миссис Беллингем…

– Тоже может подождать. Вначале справимся с бреднями Фрейзера, чтобы сосредоточиться на более серьёзных вопросах. Что за мысль на сей раз осенила тебя, Пибоди? Если ты хочешь, чтобы я играл принцессу, я категорически откажусь.

– Твой… м-м… образ ещё менее убедителен, чем у Рамзеса, – рассмеялась я и продолжила объяснение своих замыслов.

Эмерсон кивнул.

– Хм-мм, да. Действительно очень умно, Пибоди. Как тебе, так и мне очевидно, что проблема возникла из-за неё.

– Рассуждение мужчины! Вина прежде всего лежит на нём!

– Допустим, оба варианта необходимы для правильного решения, – подытожил Эмерсон и прервал обсуждение на достаточно долгое время, чтобы продемонстрировать истинность своего замечания.– Но сделает ли она то, что необходимо?

– Предоставь это мне.

– Придётся. – Он помог мне надеть шаль и проводил до двери. И, прежде чем открыть её, серьёзно сказал: – А ты, любимая, можешь предоставить ребят мне. Я не знаю, какое отношение имеет инцидент в Луксорском храме к другим вопросам, которые мешают моей работе, но хочу это выяснить. Было бы жаль потерять Рамзеса сейчас, после того времени и тех усилий, которые мы потратили на его воспитание.

Подгоняемая сильными руками наших преданных людей, маленькая лодка скользила по реке. Огни отелей на Восточном берегу ярко светились. Ещё прекраснее играл лунный свет на тёмной воде. Лунный шар, почти полный, сопровождаемый сверкающими звёздами, безмятежно поднимался в небо. Мы сидели в тишине, каждый был занят своими мыслями, но мои – по крайней мере, мои – не относились к красоте ночи. Даже тёплое пожатие Эмерсона, державшего меня за руку под прикрытием моих широких юбок, не успокоило меня.

Не то чтобы я винила себя за то, что не уделила должного внимания инциденту в Луксорском храме. Я привыкла к тому, что люди кидают в Рамзеса разные предметы или роняют их на него, однако, как правило, не без причины, и потому не придала должного значения этому вопросу. Но чем занимался Рамзес до покушения? Позволила ли я своему долгу перед старым другом отвлечь меня от родительских обязанностей? У меня имелись обязательства и перед Давидом, а тот всегда принимал сторону Рамзеса, помогая ему во всех коварных планах, подстрекая его к их созданию и осуществлению – и потому был столь же уязвимым для нападения.

После серьёзного обдумывания вопроса я пришла к выводу, что ни в чём не виновата – пока что. Дело Фрейзера явно было приоритетным, и на тот момент мы не могли знать наверняка, не связано ли оно с другими тайнами, окружавшими нас. И сама миссис Джонс тоже представляла собой загадку. Хотя вполне могла быть именно тем, кем казалась – беспринципной любительницей сомнительных ремёсел, ввязавшейся в неприятности и желавшей только одного — выбраться из них без неприятных последствий. Её заявление о том, что она заботится о физическом и психическом здоровье Дональда, произвело впечатление на Сайруса, но он, как известно, печально славился своей восприимчивостью к женским уговорам. Меняона не убедила.