Книга Наследник для Миллиардера. Ты (не) сбежишь, страница 71 – Алиса Громова

Только глаза выдавали. В них плескалась паника загнанного зверя.

— Машина подана, Елена Дмитриевна, — голос Тамары Павловны за дверью прозвучал как лязг затвора.

Я спустилась вниз.

Дамиан ждал в холле. Он что-то печатал в телефоне, но при звуке моих шагов поднял голову. Его взгляд, привычно цепкий, просканировал меня с головы до ног. Одобрение.

Он подошел, взял мою руку и поцеловал запястье — именно там, где бился бешеный пульс.

— Тыбезупречна, — сказал он. — Идем.

В бронированном лимузине пахло кожей и его одеколоном. Как только мы выехали за ворота поселка, Дамиан убрал телефон и повернулся ко мне. Атмосфера в салоне мгновенно сгустилась.

— Тамара доложила мне об инциденте в детской, — произнес он ровным, спокойным тоном, от которого мне захотелось вжаться в сиденье.

Я сжала клатч так, что пластик хрустнул.

— Инциденте? Ты имеешь в виду тот факт, что наш сын швыряет вещи в людей и хамит персоналу?

— Я имею в виду тот факт, что ты потеряла контроль, Елена. Ты кричала. Ты пыталась применить силу.

— Я пыталась воспитать его! — я повернулась к нему, чувствуя, как внутри закипает обида. — Он превращается в маленького монстра, Дамиан! Он сказал мне: «Я тебя не люблю, ты злая». Он убежал к экономке!

— Потому что ты напугала его, — Дамиан накрыл мою руку своей ладонью, фиксируя её. Жест, который должен был успокоить, но на деле лишь удерживал. — Миша сейчас в сложном возрасте. У него стресс — переезд, новый статус, смена окружения. Ему нужна поддержка, а не угол.

— Ему нужны границы! А ты и твоя Тамара стираете их! Вы покупаете его любовь подарками и вседозволенностью!

— Мы даем ему возможности, — жестко поправил он. — Тамара Павловна — педагог с тридцатилетним стажем. Она знает, как обращаться с детьми нашего круга. А ты… ты переносишь на него свои комплексы из прошлой, бедной жизни. Здесь не нужно экономить на игрушках и дрожать над каждой сломанной вещью.

— Дело не в игрушках! Дело в уважении!

— Дело в том, что ты ревнуешь, — он отпустил мою руку и откинулся на спинку сиденья. — Ты ревнуешь сына ко мне, к Тамаре, к его новой жизни. Смирись, Лена. Он больше не ребенок из хрущевки. Он Барский. И воспитывать его будут как Барского. А твоя задача — быть ему матерью, а не надзирателем. Улыбайся, люби его, читай сказки. А дисциплину оставь профессионалам.

Слезы жгли глаза, но я не позволила им пролиться. Макияж стоил слишком дорого.

Он не слышал меня. И не хотел слышать. Для него я была «эмоционально нестабильной», а Тамара — «профессионалом».

Я отвернулась к окну. За бронированным стеклом мелькали огни Рублевки.

Мне нужен был союзник. Срочно. Иначе я сойду с ума в этом золотом аквариуме.

«Barvikha Luxury Village».

Концертный зал сиял, как новогодняяелка. Парковка была забита «Роллс-Ройсами» и «Бентли». Охраны было больше, чем гостей.

Когда мы вышли из машины, Тимур — мой личный цербер — тут же занял позицию за моим левым плечом. Он был тенью. Безмолвной, огромной, неотвратимой.

— Держись рядом, — Дамиан положил руку мне на талию. — И улыбайся. Сегодня мы продаем лот «Счастливая семья».

Мы вошли в зал. Свет, музыка, звон бокалов, фальшивые улыбки.

Я сканировала толпу. Мне нужна была Оксана Волкова. Она была единственной ниточкой, связывающей меня с реальностью, где люди говорят правду, пусть и неприятную.