Книга Я обязательно вернусь, страница 19 – Нора Ольвич

Сумка как-то сама собой оказалась под головой, перекусила остатками сыра и лепешки. Доедая последнее, уже засыпая, вспомнила, что очень хочется пить, потом… решила, совершенно не было сил подняться и начать поиски воды.

Сон потихоньку отступал. Чувство голода и жажда — я ощущала их сквозь забытьё.

Приоткрытые глаза, ловили краски заката ещё одного дня, который я провела во сне.

Закат в горах, это когда на темнеющем, уже совершенно синем небе солнце начинает скатываться на запад и горы раскрашиваться в необыкновенные цвета. Звёзды, в горах они очень яркие. Самые близкие из них видать, когда только начинают сгущаться сумерки. Однако в горах не царит полное безмолвие: звуки журчащих ручьев, крики ночных птиц парящих в облаках, ветер, который шуршит листвой кустарника, всё это рождает прекрасную, гармоничную музыку дикой природы.

В маленькое, оконце я наблюдала, как прожитый день уходил на покой, солнце зависло между двух снежных, самых дальних горных вершин даря миру нечто прекрасное и необыкновенное. Снежные вершины отливали золотыми и розовыми тенями.

Чувство защищённости оно тихонько обволакивало сознание.

«— это верно каменные стены так действуют, а ещё понимание, что истинный католик никогда не проникнет в последнее пристанище отшельника».

Мысль остаться здесь на ночь, она рождалась, и всё больше мне нравилась.

" — нужно всё обдумать"— решила я, да и отдохнуть не мешало бы. Чувствовалось, что усталость и напряжение в мышцах, а ещё пережитый стресс, давили тяжёлым грузом, который совершенно не хотелось тащить за собой.

«— просто отлежаться».

" — завтра днём сделаю реконструкцию мужского костюма, который достался мне от аббата",— подумалось,

" — сейчас же поищу воду и посмотрю, что осталось из еды".

Решения приходили сами, а значит, я потихоньку становилась частью этого мира.

Одна из стен хижины была тем самым камнем — валуном, в землю он уходил под откосом и в этой естественной нише, на земле, практически под скалой была наставлена какая-то кухонная утварь. Подсела ближе к этому раритету, из разнообразия сваленного старья и битой посуды. Я нашла бутыль из странного, толстого коричневого с зеленью стекла. Посудина была больше похожа на кувшин с узким горлом. Очевидно тот ещё раритет, как в принципе и всё здесь. Решила использовать находку для воды.

Выходила, нет, протискивалась через дверь, пытаясь открыть её. Потихоньку сдвигала завал из камней с наружной стороны. Некоторые из них с шумом скатывались. Когда образоваласьщель, достаточная, что бы мне протиснуться, вылезла из строения, раздвигая одновременно кустарник. Заметила за собой, что ориентироваться стала на слух. На мой взгляд, привычные звуки не нарушались ни чьим присутствием. Ведь дикая природа сразу реагирует на присутствие чего-то чуждого.

Звуки, звуки, включилась какая-то интуиция, пошла вниз под небольшой уклон в сторону от самого дальнего, самого огромного камня — валуна. Раздвигая ракитник, увидела небольшое озеро с метра три в диаметре, просто райский уголок. Озеро окружали в основном скальные породы.

Округлые тёмно-серые, практически чёрные пористые камни, нагромождённые один на один, создавали ощущение, что перед моими глазами застыл водной гладью небольшой природный колодец. И только в одном месте был пологий спуск к нему. Оказавшись возле водоёма, я начала мыть найденный мною сосуд, хорошо прополоскав его изнутри, зайдя немного глубже, набрала чистой воды.