Книга Енот-потаскун, страница 75 – Татьяна Рябинина, Евгения Серпента

Утром я поехал в сервис повозиться с Мицем — сделать всякий мелкий плановый ремонт перед зимним сезоном. Загнав его на подъемник, мовилил днище, когда скрипнула дверь.

— Ну и? — ехидно поинтересовался отец.

Вот это выдержка! Я ждал звонка еще вчера, если уж он не отловил меня сразу же в раздевалке.

— Что именно? — я решил немного включить дурака.

— Девочка Наташа. Со времен Лариски ты нам ни одну из миллиона не представил. Или это было вынужденное?

— Нет. Ну да, вынужденное, конечно, но…

— Ты хочешь сказать, что даже если б я тебя с ней не застукал, ты все равно бы нас познакомил? — отец скептически хмыкнул.

— Ну, не сейчас, может, попозже. Мы не так давно знакомы.

— И где ты ее выкопал?

— Па! — я отложил баллончик. — Что значит «где выкопал»? Ну не на кладбище же. Это ее енот был.

Историю с Тошкой я рассказал родителям еще летом, когда заезжал навестить. Разумеется, в лайтовом варианте: нашел на улице енота, неделю держал у себя, пока не объявилась хозяйка.

Отец расхохотался.

— Тох, это судьба. Женись на ней, нарожайте кучу маленьких енотиков, и будет у вас целое енотское царство.

— Да блин, вам бы все маленьких енотиков. Сходите в зоопарк. Или скачайте из интернета.

— Ну а что? — он вытер навернувшиеся от смеха слезы. — Мать давно хочет внуков.

— Зачем ей внуки? Она выглядит лет на сорок, вполне еще молодая женщина. А с внуками сразу станет бабкой, — проворчал я. И добавил, подколов ответно: — И с дедушкой молодые женщины в оперу ходить не будут.

— Бедная Лерка, — вздохнул отец. — Сразу два Енота ее обломали.

— Сразу? — я посмотрел на него с подозрением. — Это когда было-то, театрал ты наш?

— Да года дваназад. Приехала без звонка, все заняты, а ей какую-то мелочь надо было подтянуть, уж не помню. Пошел сам, сделал. Разговорились. Не хотите, говорит, куда-нибудь зайти посидеть? А у меня второй билет на «Пиковую даму» пропадал, мама к бабушке уехала. Ну и предложил ей пойти сдуру. Везу ее потом домой, и ясно, к чему дело идет. «Не хотите ли на чашечку кофе зайти?», пятое-десятое. И мысли: ну а что, за всю жизнь ни разу, а тут такая женщина…

— Угу, — хмыкнул я. — Одни раз — не пидорас, да?

— А потом другие мысли: на хрена? Что в ней может быть такого, чтобы из-за этого гробить всю свою жизнь? Все по одному фасону скроены. Не знаю, Антох, кто-то может, а я не представляю, как потом после такого дальше жить с женщиной. Делать вид, что ничего не произошло. Ладно еще если влюбиться по уши, все бывает. Разводятся, женятся на других. А вот так, от нефиг делать? Ну да, красивая, необычная — ну и что? Да и чувствовалось в ней что-то… не знаю, что-то не то. Мутное.

— Так ты поэтому меня предупреждал, чтобы я поосторожнее с ней?

— Да, — кивнул отец. — Но ты тогда, похоже, в полном неадеквате был.

— Возможно. И чем все кончилось?

— Да ничем. От чашечки кофе отказался. Сказал в лоб, что такие вещи не для меня. Что для меня есть только одна женщина. Она удивилась. Сказала, что такое уважает. Хотя и жаль. Ну и все. Сделали вид, что ничего не было. Если сталкиваемся — здороваемся. Ладно, ты мне лучше скажи, нам с муттер уже беспокоиться?

— О чем? — поморщился я. — О маленьких енотиках? Надеюсь, ты ей ничего не ляпнул такого?

— Н-нет…

— Ну ясно, значит, да. Вот тянуло тебя за язык? Я не знаю ни хрена вообще. Что будет. Может, да, может, нет.