Книга Догоняя рассвет, страница 115 – Рэдрик Нанн

– Тебе тоже досталось, – негромко проговорил он, осматривая рассеченную голову.

– Я была у заставы во время взрыва, легко отделалась.

В глазах Клайда возникло нечто сродни щемящему чувству жалости. Он собирался ответить, но заметил кого-то за спиной Амари и выпрямился в суровом молчании.

Уверенным победным шагом к ним направлялась группа гвардейцев во главе с Рэндаллом, ведя в железных наручниках плененного Лироя. Сердце Амари предательски вздрогнуло в груди. Приблизившись, Рэндалл грубо пихнул Лироя в спину, заставив его ноги подогнуться в коленях.

Лирой безвольно упал перед Амари и даже не пытался исправить свое унизительное положение.

– Что делать с ним? – пренебрежительно спросил гвардеец.

– Не убивайте, – в тревожном порыве Клайд отреагировал раньше Амари, – есть участь хуже смерти, – уже спокойнее добавил он.

При виде поверженного Лироя в голове девушки зазвучали слова Оберона. Вампир мог нанести Амари серьезную травму, укусить, обратив в проклятое отродье, но совершил самую пакостную вещь – поселил в ней свой голос, отныне ставший бессмертным.

«Ты будешь жить, пожираемая ненавистью к возлюбленному предателю», – Амари заскрежетала зубами в бессильной злобе. В ней оставались зачатки дурацкого чувства, принуждавшего рассудок молчать.

Но разве измена и причинение людям несчастий могли уступить чаше весов с одним-единственным любящим сердцем?

Тем временем Лирой поднял на нее взгляд, не оттененный раскаяньем. Серьезный и даже какой-то глубокомысленный. Кому, как не Амари, знать, что Лирой мог сбежать у нее из-под носа прямо сейчас, однако он все еще стоял перед ней на коленях совершенно недвижимо.

– Жизнь даст тебе случаи искупить свою вину, – холодно бросила ему Амари, удаляясь прочь.

* * *

Клайд не желал Лирою ни смерти, ни чего похуже, хотя брат определенно заслуживал наказания. Вид побежденного Лироя пробудил жалость неожиданно, ведь прежде Клайд порицал вероломность, как порицал когда-то Рю. Но, не травя больше душу проявленным милосердием, пастор Моретт быстро распорядился, чтобы Лироя доставили в крепость Окриддейл под пристальный надзор.

За долгие годы существования Иристэда в городе возникло несколько тюрем; в основном тесные узилища для сдерживания буйных выпивох и мелких воров. Но вырубленная в скале крепость Окриддейл была тюрьмой самой что ни на есть настоящей, леденящей сердце ужасом одним своим наименованием.

Разумеется, Лирой уже был с ней знаком.

Возможно, Клайду стало бы легче, если бы брат смог сбежать и сам решить свою дальнейшую судьбу. Правда, рассчитывать на подобное опрометчиво и довольно эгоистично.

Пребывая в невеселых мыслях, Клайд собирался вернуться к пожару, но в шагах тридцати от себя заметил фигуру, завернутую в неприметный серый балахон, и замер на месте. Все внутри похолодело, когда взгляд столкнулся с лицом старца, – видеть Эймери, облаченного не в яркие шелка, оказалось непривычно. Клайд ощутил угрозу от прибывшего мага, невзирая на то что к казни готовил себя загодя и считал ее справедливой.

Хромая, Клайд шел, опираясь на палку, и боль в бедре, сопровождавшая каждый его шаг, напоминала о скором облегчении. Эймери глядел на бывшего протеже сухо и неподвижно, словно прежде не имел с ним знакомства. Клайд предстал в некотором волнении от снедавшей его неизвестности: позволит ли старец ему объясниться или каждый следующий миг мог оказаться последним?