Онлайн книга «Догоняя рассвет»
|
Душу сковало холодом от еще не вполне ясного осознания навеки утраченного. Клайд был достойным мужчиной, не менее достойным пастором. И даже более достойным Мореттом, чем рожденные с этим именем… Но если остаться оплакивать утрату, потери рискуют возрасти. Оберон не простит поражения. – Нам следует скрыться в Иристэде, – Лирой взял Амари за плечи и заглянул в ее огорченные глаза так повелительно и серьезно, что девушка не могла не прислушаться. Забрав лошадей, они возвращались домой в безутешном отчаянии. Лирой сжимал в ладони подаренный крест, не веря в то, что близкие сердцу люди могли умирать. Глава 12 Прощание «Когда-то континент разделяли самостоятельные государства, самым влиятельным и могущественным долгое время оставалось королевство Льва. Позже одни Великие дома объединились с ним в Империю Аклэртон, другие нашли защиту в составе восточных королевств. Времена присоединений называют по-разному: Голод Льва, Годы Льва-пожирателя», Нет ничего более мучительного, чем неизвестность. Покрытая мраком и преисполненная загадками судьба Клайда Моретта отравляла каждую мысль Амари ядом. Его забрал огонь. Среди без конца сыпавшихся догадок эта была самой прочной, неоспоримой, как факт. Клайд не оставил следов побега, отрезав основания полагать, что он уцелел. Руководствуясь лишь туманным представлением магии, Амари подозревала, что годами томившийся внутри священника жар всех кругов ада, вырвавшись наружу, испепелил своего хрупкого носителя. Ринувшееся на свободу пламя означало для человеческого существования Клайда настоящую гибель. Один из немногих, кто искренне хотел нести в мир просветление, он не достоин был такой страшной участи. Помимо очевидных причин для страданий, грусть Амари обострялась болью, которую причинял сокрушенный вид Лироя. Младший Моретт все чаще безмолвно обращался к кресту, не тая на лице следы скорби. * * * Посеребренные сиянием полной луны извивы реки безмятежным течением наполняли душу печальным сумраком. Мягкая гладь водной поверхности манила Амари вглубь ласковой темноты успокоить мысли, усыпить все тревоги. Прячась внизу, под водой, девушка целиком отдалась ощущению легкости и свободы, словно тяготы ее пути оставили тело, и оно научилось летать. В ушах отдавалось биение пульса – Амари не слушала ни плач сердца, ни голос совести, ни упрямых капризов бросить все и исчезнуть. Только бивший в голову такт. Она держалась до тех пор, пока легкие не вспыхнули огнем от потребности глотнуть воздуха, и вынырнула, всколыхнув тишину ночи. С пирса на Амари смотрел Лирой, удивив ее несколько неожиданной встречей. – Порой мне кажется, что я могу отыскать тебя всюду, – усмехнулся он с примесью горечи. Увидев, как Лирой снимает через голову сорочку, Амари отвернулась. Он вошел в реку, но приблизиться к девушке не спешил. Изможденные чувствами страха, обнаженные, они стояли в отражении неба со звездами и долго молчали, глядя в разные стороны. Девушка сдалась первой. Под властью притяжения, имевшего название – но название всячески отрицаемое Амари, – она прижалась к Лирою, обняв его со спины, и крепко сомкнула руки на его талии. Ощущение теплого тела поселило в душе чувство уюта. Ее нежность пробудила в Лирое желание рассказать свою жизнь со всеми грехами и слабостями против соблазнов, без попыток солгать, как на исповеди. |