Книга Догоняя рассвет, страница 74 – Рэдрик Нанн

– И что ты планируешь с этим делать?

– Убить агента и подменить письмо на то, что компрометирует герцога и все окружение императора. Когда начнется расследование, визит де Рокара в Балисарду подтвердится, а все «заговорщики» будут выброшены из грядущей войны. Балисарде сейчас выгодно исключить фигуру герцога – он сильный политик, стратег и владелец шпионской сети, его выход из игры ослабит империю.

– Что в уличающем письме?

– Информация о заговоре герцога с врагами Аклэртона. Красивые слова о том, что Ларесс должен вернуться домой, а Фриос избавиться от гнета империи.

– И ты готова обострить военный конфликт за мешок золотых? – Лирой презрительно сощурил глаза. – Скомпрометировать единственного, кто может сдержать кровопролитие? Готова стать свидетельницей затяжной войны, которая будет длиться благодаря тебе? Разве недостаточно боли мы пережили, потеряв Клайда? А теперь представь, как возрастет количество вдов и сколько детей лишится отцов по одному взмаху твоего клинка.

Лирой положил ладонь на грудь, где под одеждой к телу прилегал крест, как бы ища поддержки у того, что осталось от Клайда, и призывая Амари обратиться к призрачному голосу пастора тоже.

Смерть брата заметно подкосила Лироя и что-то перевернула в его голове.

Прежде Амари не думала о последствиях. Последствия разгребали ее покровители. Но прежде Амари не знала ужаса потери, ценности дружбы, искры сострадания и радости любви. Нельзя отрицать очевидного: мир Амари изменился. Став свидетельницей кровавой бойни в Ночь пламени и лично ощутив боль утраты, она не готова была оказаться причиной огромного горя, которое несло с собой лицо войны.

Что-то колебалось, требовало остаться и исполнить предначертанное, но заговорившая внутри человечность заставила броситься прочь из «Тромэри» и закрыть за собой дверь в будущее, которым грозил Лирой.

Стремглав Амари неслась до самого дворца Мореттов. Беззастенчиво снарядив в конюшне хозяйскую лошадь, девушка подвела ее к воротам, готовая отправиться в путь, но настигший голос остановил намерение.

– И теперь ты просто сбежишь? – недоумевал подоспевший Лирой.

– Я не выполнила задание, мне нужно убираться отсюда. Бежать от гнева своей гильдии.

– Останься, – с обреченным стоном выдохнул он.

– За мной придут, я не могу подвергать вас опасности.

– Тогда я отправлюсь с тобой.

– Ты нужен Рю, – начинала раздражаться Амари, – теперь, когда лекарства больше нет, он умирает. Не бросай его в одиночестве.

– Не оставляй меня! – почти взмолился Лирой.

Отразившееся на его лице страдание заставило Амари пойти на радикальные меры.

– Очнись уже! Нам не быть вместе, мы из враждующих государств.

– Тебя никогда не интересовала политика.

– Ты морой, черт возьми!

– Раньше тебя это не тревожило!

– Ты правда рассчитывал, что я свяжу свою жизнь с монстром? – выпалила Амари в гневном запале, не подумав о том, что прибегать к подобным словам не следовало даже из желания вызвать к себе ненависть. – Я испытываю извращенное удовольствие от твоего уродства, но не более. Так что развлеклись – и довольно.

Он смотрел без враждебности, его глаза не тронул даже отблеск разочарования. Лирой как будто был задет словами Амари и в то же время ни на секунду не поверил ей.

– Можешь сколько угодно убеждать в своем презрении, – серьезно заговорил он, как только замешательство покинуло его лицо, – но невозможно отрицать, что тогда, в Ночь пламени, ты любила меня.