Книга «Весомый» повод для скандала, страница 153 – Иванна Флокс

«Спокойно, Вероника, — приказала я себе. — Каин — генерал королевской гвардии. Он справится. Не может не справиться».

Но предательская дрожь в руках становилась все заметнее.

Стоило официальной части завершиться, как ко мне, шурша юбками и источая ароматы приторных духов, подлетели Анита и Инесса. Две сороки, жаждущие разузнать новые слухи.

— Элайна! Боги, это было невероятно! — защебетала Инесса, хватая меня под руку. — Как он смотрел на тебя! Как говорил! Я чуть не расплакалась! Кто бы мог подумать, что наш Арманд способен на такие чувства?

— Да уж, удивила так удивила, — фыркнула Анита, оглядывая меня с ног до головы с плохо скрываемой завистью. — Я была уверена, что после твоих прогулок с герцогом на глазах у всего света, Арманд и смотреть на тебя не захочет. А он… ишь ты, распинался тут, как поэт-неудачник, даже на колени встал. Видимо, ты действительно его чем-то зацепила. Или приворожила.

— Анита, не говори глупостей, — я мягко высвободила локоть. — Просто иногда людям нужно время, чтобы понять, что для них действительно важно.

— Ой, брось эти философские бредни! — отмахнулась сестра. — Лучше скажи, что там с герцогом? Весь город гудит! Говорят, ты его отвергла? Правда, что он преследовал тебя?

— Это… в прошлом, — уклончиво ответила я, стараясь не выдать эмоций при упоминании Каина. — Герцогдэ’Лэстер оказался слишком настойчивым и… неверно истолковал мою вежливость.

— Ну надо же! — Анита закатила глаза. — Странный он какой-то. Богатый, знатный, красивый, чего уж греха таить… И при этом бегает за… кхм… тобой. У него явно какие-то специфические вкусы.

Она хихикнула, прикрыв рот веером, и посмотрела на меня с тем самым выражением превосходства, которое Элайна терпела всю жизнь.

— Я, честно говоря, надеялась, что он обратит внимание на кого-то более… соответствующего его статусу. На меня, например, — девушка кокетливо поправила локон. — Я бы уж точно не стала устраивать сцен. Но видимо, столичные джентльмены любят… экзотику. Или просто не способны оценить истинную красоту и утонченность.

Ее слова сочились ядом, как пропитанная мышьяком бумага. Раньше Элайна бы сжалась, проглотила обиду, почувствовала бы себя ничтожеством. Но я была не Элайной. И мое терпение закончилось.

Я медленно повернулась к двоюродной сестре, глядя ей прямо в глаза. Мой взгляд стал тяжелым, давящим.

— Анита, дорогая, — произнесла я с ледяной вежливостью. — Ты сейчас пытаешься сказать, что интерес герцога ко мне — это признак его дурного вкуса или умственного помешательства?

Она растерянно моргнула, не ожидая отпора.

— Ну… я не это имела в виду… просто…

— Просто ты только что вслух, при свидетелях, усомнилась в умственных способностях аристократа, приближенного к королю, и попыталась унизить меня, ясно давая понять, что я не достойна внимания, — перебила ее, понизив голос до опасного шепота. — Мне кажется, или в твоих словах звучит банальная, неприкрытая зависть? Неужели тебя так гложет тот факт, что даже «специфический» вкус герцога не позволил ему разглядеть твою «утонченность»? Может, дело не в его вкусе, а в том, что разглядывать там… нечего?

Инесса ахнула. Анита побагровела, открывая и закрывая рот, как рыба. Она привыкла бить, но никогда не получала сдачи.

— Как ты смеешь?! — прошипела моя родственница.