Книга Ставка на месть, страница 102 – Софи Ким

Хорошо.

Но одна часть Пророчества меня все же беспокоила. Она заставила меня остановиться.

– Последняя строка, – медленно произнесла я. «До того, как у Ёмры свой дом обретет». – Значит ли это…

– Вс-се живые сущ-щ-щества в конце концов умирают, Лина. Даже так называемые бес-смертные. Это неизбежно. – Сонаги сделала плавный жест, как будто пожала плечами. – Не бес-спокойс-с-ся об этом. Прос-сто однажды ты уйдешь. И мы уйдем с-с тобой, потому что мы с-с-связаны. Куда бы ты ни пош-шла, мы будем рядом. Мы пос-с-следуем с-с тобой в Чос-сын и обратно, ес-сли это необходимо, дитя.

Слезы навернулись на глаза, и я опустила голову. Соратники. Семья. Я так долго этого ждала. Но Сонаги приподняла мой подбородок, сверкая глазами.

– Императрицы не кланяются. – Сонаги по-матерински поцеловала меня в щеку. – Завтра ночью ты вс-стретишься с-с ос-стальными. Но пока, дочь, твоя воля – моя. Отдай палец мне, и я положу его на подуш-ш-шку твоего врага, чтобы вс-селить с-страх в его с-сердце.

Медленно я вытащила палец Асины из кармана. Сонаги взяла его ртом.

– Когда произойдут изменения? – прошептала я, все еще поглощенная новой информацией. – Когда ты превратишься в ёна?

– Когда придет время, – ответила Сонаги и ускользнула в тень. – Когда придет время.

Я наблюдала за ней, наклонив голову.

Императрица. Звучит так заманчиво.

Канализация наполнилась моим смехом – тихим, злым и жестоким. В небе пронесся раскат грома. Надвигалась гроза.

* * *

Я гордо шла по улицам королевства, словно к моему позвоночнику была прикреплена натянутая струна. Мышцы лица свело от напряжения, но я не могла перестать улыбаться. Улыбаться так долго… было неестественно. Это неправильно, подумала я, но даже эта мысль далась с трудом. Размышлять было все равно, что пытаться плыть в бассейне, наполненном густым, теплым зыбучим песком. Что-то не так.

«Не думай об этом,– рассердился Голос. – Тебе это не нужно».

И я послушалась.

Из клубящихся серых туч лил обильный дождь, где-то вдалеке гремел гром. Интересно, это Сонаги призвала грозу? Я размышляла над этим, глядя на луну Даллим, скрытую за облаком сумрачно-серого цвета. Она была окрашена в розовый цвет, как капелька крови в воде. До Ночи Красной Луны осталось всего семь дней, и с каждым разом она будет становиться все краснее.

Мои глаза закрылись, как будто кто-то опустил мои веки, и я мысленно представила, как штурмую дворец, вооруженная злобными имуги, представила, какой ужас я наведу на Калмина.

«Прекрасно, не правда ли?»

Я безуспешно попыталась открыть глаза. Ужас у меня внутри нарастал. В голове проносились образы Сунпо, кишащего ёнами, всего Восточного континента в моих руках. Токкэби преклонились передо мной, опустив глаза. Флейта Ханыля Руи разлетелась на сотни осколков, его серебристые глаза потускнели.

И сразу же желание, которое охватило меня всего несколько минут назад, ослабело. Я никогда не хотела править целым континентом. Я не такая. И с тех пор как наша игра была отменена, я никогда не хотела причинить Руи такую непоправимую боль.

«Нет. Я никогда не хотела этого.– Мне потребовалось усилие, чтобы сформулировать эти слова, адресованные Голосу. – Я никогда не хотела править ничем, кроме Сунпо».

«Пророчество – это дар, и мы примем его.– Я вздрогнула, когда скрюченные пальцы впились в мой мозг, пронзая череп осколками боли. – Мы исполним его».