Книга Мой любимый хаос. Книга 2, страница 14 – Татьяна Сотскова

Он не предложил, не попросил. Он направил. И в воздухе повисла неуловимая, но отчетливая угроза. Все понимали — отказ даже не рассматривается.

Совет смотрел на старейшину с любопытством, смешанным с глухим недоверием. Кто этот «человек»? Что может знать какой-то посторонний, чего не знают они, годами правившие городом? Но спорить с Себастьяном было себе дороже. Все, что оставалось — ждать.

Дверь в зал Совета открылась без стука, пропуская внутрь высокую фигуру. Мужчина вошел с прямой спиной, но каждый его шаг, каждый жест выдавали чужого.

Одежда — чистая, но грубая, без намёка на покрой или дорогую ткань. Движения — резкие, экономичные, без светской плавности. А взгляд… его тёмные глаза обводили зал слишком прямо, слишком открыто, без привычной для этих стен скрытой игры и подобострастия.

Он был из Поднебесья. Это понимали все, даже не видя клейма на его руке. Воздух в зале загустел, насыщенный немым презрением и жгучим любопытством. Как эта… крыса… посмела войти сюда?

— Дарис, — представилсяон, и его голос, низкий и уверенный, не дрогнул. Он не склонил голову, не сделал ни малейшего реверанса. — Я говорю от имени Нижнего города.

Он видел, как сжались губы у Агриппины, как брови уползли вверх у Валерия. Он знал, о чем они думают.

— У меня есть брат, — продолжил он, словно отмахиваясь от невидимой помехи. — Джеймс. Вы, наверное, слышали. Но сейчас это не имеет значения.

Его уверенность была поразительной. Он стоял перед теми, кто считал его грязью под своими начищенными ботинками, и смотрел на них как на равных.

Не с вызовом, а с холодной деловой отстраненностью, которая была страшнее любой бравады. Он был не просителем, а партнером, пришедшим с конкретным предложением. И от этого в роскошном зале стало неуютно.

Дарис позволил гулу стихнуть, прежде чем заговорить снова. Его слова падали в наступившую тишину, как камни в стеклянную витрину.

— Вот мой план, — его голос был ровным и лишенным сомнений. — Вы приглашаете в город магов. Создаете для них анклав, даете им место в этом самом Совете.

Он сделал паузу, чтобы оценить эффект. Эффект был, как от удара током. Лицо Агриппины побелело, Валерий смотрел на него, будто на сумасшедшего.

— Ни у кого в этом городе, — Дарис четко выговаривал каждое слово, — нет оружия против настоящей магии. Ни у вас, — его взгляд скользнул по сидящим, — ни у тех, кто внизу. Это станет тем самым абсолютным аргументом, которого вам не хватает.

Он нарисовал картину, такую же притягательную, сколь и пугающую. Город, где маги находят приют и влияние. Они, обладая силой, которую невозможно оспорить, сами станут его защитниками.

А Нижний город? Он будет для них не проблемой Совета, а угрозой их новому дому. И они эту угрозу… нейтрализуют.

В зале взорвался возмущенный гул.

«Безумие!», «Они сожгут нас всех дотла!», «Делиться властью с этими дикарями⁈».

Идея и впрямь казалась ересью. В их мире, построенном на шестеренках и логике, магия была синонимом непредсказуемого хаоса, пережитком темных времен.

Но Дарис стоял непоколебимо, как скала. Его лицо не выражало ничего, кроме холодной уверенности.

Он знал, что бросил на стол не просто предложение, а бомбу. И они не смогут просто от нее отмахнуться, потому что она могла решить все их проблемы. Ценой, которую они боялись даже назвать.