Книга Мой любимый хаос. Книга 2, страница 6 – Татьяна Сотскова

Подняла голову… и обомлела. Рот сам открылся от изумления.

Над городом медленно плыла… сигара. Огромная, сигарообразная штуковина. Дирижабль.Я читала о них в старых книгах по допотопной механике.

Но этот… он не был окутан полем левитации, от него не исходило привычное магическое свечение. Вместо этого по бокам громоздились какие-то пропеллеры, а весь его корпус был опутан паутиной тросов и трубок. Чистейшая, неприкрытая механика.

Мой мозг артефактора, уже измученный всеми этими потрясениями, тут же попытался взять эту штуку на анализ. Вес… подъемная сила… материалы… Да это же невозможно! Без магии такая махина должна была рухнуть, как камень! Но он плыл. Медленно, величественно и абсолютно уверенно.

И внутри у меня началась настоящая война. С одной стороны — дикий, животный ужас перед этим миром, где даже небо принадлежало железным монстрам. С другой — щемящее, профессиональное восхищение. Кто бы ни построил эту штуку, он был гением. Сумасшедшим, но гением.

Я чувствовала себя букашкой. Меньше, чем букашкой. Пылинкой, затерявшейся в гигантском механизме, чьи шестеренки крутятся по законам, которые мне неведомы. И это было в тысячу раз страшнее любого огнедышащего змея.

Ладно, паника паникой, но надо было проверить, не свихнулась ли я окончательно. Я отступила в тень какого-то выступа, сжала руку в кулак — инстинктивно искала свой амулет, но нащупала только воздух — и прошептала самое простое, базовое заклинание поджога. То, которое мы учили на первом курсе, чтобы свечи зажигать.

И в глубине моей ладони, скрытая от всех, на долю секунды вспыхнула маленькая искорка. Теплая, живая. И тут же погасла.

Магия была. Здесь, во мне. Работала. Значит, дело не в мире, а в них. В этих людях, что сновали вокруг. Они ей не пользовались.

Сначала по телу разлилось такое облегчение, что аж подкосились ноги. Я не обнулилась. Я не стала беспомощной. Но почти сразу же накатила новая волна — на этот раз тревоги. А почему они не пользуются? Что с ними не так? Они что, не умеют? Или… боятся ее? Или она для них под запретом?

Мозг тут же выдал единственно верное решение: притвориться, что ты тоже не умеешь. Если все вокруг не стреляют из лука, а ты вдруг начала — ты либо мишень, либо цирковая обезьянка. И то, и другое в чужом мире с этими железными штуками на поясах казалось крайне неудачной участью.

Я выпрямила спину, сделала глубокий вдох (и чуть не закашлялась от этой гари) и попыталась скопироватьвыражение лиц прохожих — озабоченное, усталое, сосредоточенное на своих делах. Надо слиться с толпой. Стать серой мышкой.

План сформировался сам собой, простой и четкий, как удар молотка по наковальне. Первое: выяснить, где это я оказалась. Второе: найти способ смотаться отсюда обратно. А для этого нужно было остаться на плаву и не привлекать к себе лишнего внимания.

Ну, думаю, надо идти. Стоять как столб — тоже не вариант. Я попыталась изобразить на лице ту самую озабоченную спешку, как у всех, и сделать пару шагов. Но, видимо, у меня получилось так же естественно, как у механического паука танцевать вальс. Я чувствовала каждый свой нерв, каждый неверный шаг.

И тут из-за угла, как по команде, вывалились двое. В одинаковой серой форме, с железными жетонами на груди. Наши взгляды встретились, и я поняла — я поймана. Их глаза скользнули по мне, холодные и цепкие, как щупальца. Сразу видно — ищут кого-то, кто тут не вписывается. Ну и нашли, блин.