Книга Пособие по приручению принца. Инструкция прилагается, страница 92 – Katharina

Сайрус смотрел на нее, и в его синих глазах было столько любви и облегчения, что, казалось, они вот-вот ослепят всех вокруг. Он не сказал ни слова. Он просто подошел, взял ее лицо в свои руки и поцеловал. Это был поцелуй, в котором была вся боль разлуки, которую они избежали, и вся радость будущего, которое они выбрали.

Когда они наконец разомкнули объятия, Сайрус отвел ее в самый уютный уголок библиотеки — к его старому столу, заваленному теперь не предписаниями, а черновиками, картами и отчетами о новых магических явлениях. Он достал из ящика стола не свиток, а книгу. Не древний фолиант, а новую, с чистыми, нетронутыми страницами.Переплет был сделан из темной кожи, а на обложке были вытиснены лишь три слова:

«Наша история. Том I.»

Он протянул ее Свете.

— Я не Хранитель больше, — сказал он. — И ты не героиня чужого романа. Мы — авторы. Так давай начнем писать. Вместе.

Света взяла книгу. Она была тяжелой и в то же время невесомой. В ней не было ни строчки, но она была полнее любого тома в этой библиотеке. Потому что она была полна обещаний. Обещаний завтрашнего дня, новых открытий, ссор и примирений, трудностей и радостей. Обещаний жизни.

Она прижала книгу к груди и улыбнулась ему сквозь навернувшиеся слезы счастья.

— Знаешь, а я, кажется, уже придумала название для первой главы, — сказала она.

— Какое? — спросил он, обнимая ее за плечи.

— «Выбор без гарантий», — прошептала Света. — И он был лучшим решением в моей жизни.

Они стояли так, вдвоем, в сердце своего нового мира, держа в руках чистую страницу своего будущего. Впереди была целая вечность, чтобы заполнить ее своей историей. И они были готовы к этому. Вместе.

Библиотека, наши дни.

Солнечный луч, пушистый и ленивый, как кот, растянувшийся на подоконнике, пробивался сквозь высокие арочные окна отдела художественной литературы. Пыль, вечная спутница тишины и старых фолиантов, танцевала в его золотистом свете, совершая свой неторопливый, вековой вальс. Воздух по-прежнему пах старой бумагой, кожей и едва уловимым ароматом чьего-то забытого яблока.

Дверь в отдел скрипнула, впуская внутрь порыв свежего уличного воздуха и юную посетительницу. Это была та самая школьница, что когда-то, казалось, целую вечность назад, с восторгом получала из рук уставшей библиотекарши Светланы зачитанный том «Поцелуя Драконьего Принца». Но сейчас в ее глазах не было прежнего безудержного восторга. Взгляд был более взрослым, вдумчивым, слегка разочарованным. Она повзрослела. Она прочла десятки таких романов, и все они слились в единый, предсказуемый узор: мрачный принц, невинная героиня, злодей-затворник и неизбежный хэппи-энд.

Она подошла к стойке выдачи, где теперь работала молодая, улыбчивая девушка, и протянула книгу. Тот самый «Поцелуй Драконьего Принца», но теперь он казался ей потрепанным и неинтересным.

— Сдаю, — сказала школьница, и в ее голосе сквозила легкая усталость.

— Что, не понравилось? — участливо спросила библиотекарша, проводя книгу через сканер.

— Да вроде бы все как всегда, — пожала плечами девочка. — Предсказуемо. Как будто читаешь инструкцию. Сначала они ненавидят друг друга, потом целуются, потом живут долго и счастливо. Скучно.

Она отошла от стойки и направилась к стеллажам, ее пальцы лениво скользили по корешкам. Она искала что-то. Что-то, что могло бы ее удивить. Вызвать не просто предписанные эмоции, а настоящее чувство. Но ряд за рядом предлагал одно и то же: «Похищение лунной принцессы», «Обрученная со злом», «Сердце ледяного властелина». Все те же клише, те же шаблонные сюжеты.