Книга Кондитерша с морковкиных выселок. Книга 2, страница 41 – Ната Лакомка

– Подавились? – услужливо поинтересовался Марино Марини. – Не ешьте так жадно и так много. В вашем возрасте это вредно.

Синьор делла Банья-Ковалло не был бы Медовым котом, если бы спустил подобное вежливое оскорбление.

– Юноша, – сказал он кротко, но в этой кротости так и сквозила насмешка, – вы ещё слишком молоды и не знаете, на что способна страстно влюблённая в вас женщина.

Я не утерпела и оглянулась.

Марино сидел бледный, стиснув губы, и смотрел на синьора Кота с великолепным бешенством. Синьор Кот, как и положено котикам, благодушно щурил глаза. И даже облизывался.

Потом достал белый платочек и аккуратно промокнул губы.

Я не стала слушать, будет ли ответ от юного светила адвокатуры, и когда гремела чашками и ложками, составляя их в таз, чтобы потом помыть, всё думала – синьор аудитор сказал так обо мне, чтобы уязвить Марино, или имел в виду синьорину Козу? И что сделаетсемья Барбьерри, когда узнает, что их почти зять опять поселился на моей вилле? Вряд ли я дождусь чего-то хорошего… Но запрет на продажу горшков мы благополучно обошли, дело процветает, теперь на моей стороне ещё и Занха, с которым мало кто захочет связываться… Теперь я тут, можно сказать, местная мафия. Мой адвокат – самый популярный мужчина в округе… И даже миланский аудитор поселился в моём доме, а инквизиция убралась ни с чем.

Что могут предпринять родители Козимы и она сама? Только прийти и высказать мне свои претензии. Но тогда пусть разбираются с синьором Марини. Я его сюда жить не звала. Сам напросился.

Только от подобных размышлений мне стало грустно.

Так и не понять, кто мы с Марино друг другу. И не друзья, и не любовники, и какие-то нелепые деловые партнёры. Если бы дом притащил меня сюда немного раньше… Хотя, раньше тут была война. А Марино учился в Болонье…

Повздыхав, я взяла плетёный из прутьев сундучок, приготовленный ещё до завтрака, вернулась на террасу и застала мужчин за сдержанным, но содержательным разговором.

Марино нужно было отправляться в Сан-Годенцо, у него сегодня было судебное заседание, и он считал, что синьор делла Банья-Ковалло должен всенепременно поехать вместе с ним – чтобы не заблудиться по дороге в Локарно.

– А я никуда не собираюсь, – благодушно ответил Медовый кот, потягиваясь и жмурясь совсем по-кошачьи.

– То есть как это – не собираетесь?! – Марино явно был потрясён. – У вас же дела по поручению герцога!

– Дела подождут.

– Как это – подождут?!

– Так это, – аудитор перестал сладко жмуриться и посмотрел в упор на адвоката. – Сегодня хочу провести день рядом с приятной мне женщиной. А вы можете возвращаться к делам и невесте. Вас никто не держит.

Я видела, как беднягу Марино ломало и корёжило. Он кусал губы и глядел на Медового кота таким взглядом, что им вполне можно было убить, как кирпичом по голове.

А вот аудитор был совершенно спокоен. Но в его спокойствии мне чудилось что-то угрожающее. Чего он добивается, этот приезжий из Милана? Чтобы Марино полез на него с кулаками? Не может прицепиться к драке в подворотне, провоцирует явно? А Марино тоже хорош… Уже пёрышки взъерошил. Воробушек решил повоевать с котом.

– Синьор Марини! – позвала я громко из коридора. – Можно вас на пару слов.По поводу контракта с маэстро Зино.

Марино вскинулся, встряхнул кудрями и важно прошёл мимо аудитора, который проводил его пристальным взглядом, потом посмотрел на меня и широко улыбнулся. Ну просто милаха, а не Цап Царапыч.