Книга Кондитерша с морковкиных выселок. Книга 2, страница 62 – Ната Лакомка

Маэстро Зино заржал так, что я покраснела до ушей.

Но повар уже умчался в кухню, чтобы попробовать готовить курд по моему рецепту, а я сидела за столиком у окна, в стороне от остальных посетителей,и делала вид, что любуюсь каналом.

На самом деле, я высматривала Марино Марини. Скоро девять, самое время светилу адвокатуры пойти на работу. Хоть посмотрю на него издали.

Как-то нехорошо я поговорила с ним при последней встрече. Надо будет принести ему вареньица, что ли…

Я понимала, что опять придумываю предлог для встречи, и только вздохнула, поругав себя мысленно за слабость.

Печально вздохнуть второй раз не получилось, потому что в груди всё сдавило, и сердце заскакало, как по взгорочкам.

На мосту появился он – мужчина моих мечтаний. Шёл себе в чёрной долгополой накидке и в чёрной шапочке, и прохожие низко кланялись ему, а он сдержанно и холодно наклонял голову – совсем чуть-чуть. Такой гордец!

Я следила за адвокатом с колотящимся сердцем, и почувствовала слабость в коленках, когда Марино вместо того, чтобы свернуть к зданию адвокатуры, повернул прямиком к остерии.

Тут я ничего не смогла с собой поделать – вскочила, как безумная, и точно так же заметалась. Сначала хотела убежать на второй этаж, потом передумала – с чего бы убегать?.. Вернулась к столику и заметила, как смотрят на меня посетители остерии.

Я постаралась сделать умное лицо и села на прежнее место, увлечённо занявшись бумагами, на которых мы с маэстро Зино подсчитывали количество яиц и молока, которые необходимо купить.

Но какие бумаги, если глаза сами поднимались на входную дверь?

Впрочем, когда Марино Марини появился на пороге остерии, на него посмотрели все, не я одна. Кто-то услужливо освободил ближайший столик, кто-то предложил присоединиться к их компании…

Адвокат спокойно кивнул направо, кивнул налево, здороваясь, огляделся и… пошёл прямиком ко мне.

Он сел на стул, где только что сидел маэстро Зино, и махнул рукой Пьетро, показывая, что готов сделать заказ.

– Доброе утро, – небрежно сказала я, перекладывая бумаги и покусывая кончик гусиного пера, которым делала расчёты.

Хотела съязвить – что, мол, другого столика не нашлось? – но промолчала. То, что Марино подсел именно ко мне – это снова давало надежду. Вот сейчас он скажет, что послал Козиму к чёрту, а я тогда скажу…

– Я уверен, что ты победишь, – сказал Марино, не отвечая на моё приветствие.

Сказал это очень серьёзно, и смотрел на меня серьёзно. И грустно.

– Благодарю за доверие, – сказалая, быстро взглянув на него и сразу же опустив глаза, потому что выдержать этот грустный взгляд не смогла. – Но готовить будет маэстро Зино, если помнишь. Вместе с Пьетро. Я тут всего лишь идейный вдохновитель.

– Да, я знаю, – он кивнул, когда Пьетро принёс варёное мясо с овощами, ломтик дрожащего на льду рыбного желе, в котором на просвет виднелись кусочки моркови, зелёного горошка и половинка варёного яйца, и положил на стол монету.

– Ты оголодал, что ли? Невеста не кормит? – спросила я, когда Пьетро умчался к другому столу.

– Если помнишь, я обещал тебе, что буду завтракать и обедать здесь, – сказал Марино, принимаясь за еду.

Отложив бумаги, я смотрела, как он ест. Даже это обыденное дело у него получалось красиво. Очень красиво. И сам он был красивый, как… как… Я даже не смогла подобрать, с кем его сравнить. Если только с ангелом. Но ангелы не целуются с такой страстью.