Книга Король Вечности, страница 90 – Л. Дж. Эндрюс

Слушать его пустую болтовню было выше моих сил, и я прильнула к его губам. Эрик заметно напрягся, но положил руки мне на бедра, впиваясь ногтями в кожу. Стоило мне провести языком по его нижней губе, как до ушей донесся его отчетливый глубокий стон. Король крепче прижался к моему телу.

Новый всплеск страсти пронзил меня. В этот раз она зародилась возле шрама на руке и на одном дыхании устремилась к сердцу. Я хотела его. Не менестреля. Не красавчика Ларссона. Прямо сейчас мне нужен был только Эрик Бладсингер.

Его ладонь бережно скользнула вверх по моему позвоночнику. Пальцы пробрались сквозь волосы, захватив их у корней, и он склонил мой рот к своему. Я нетерпеливо углубила поцелуй. Его горячий язык яростными и требовательными движениями вырвал из груди неловкое хныканье.

На вкус он напоминал свежий и чистый дождь с привкусом земляного дыма. Мне требовалось ощутить его горячие поцелуи каждой клеточкой своего тела, но и тогда возникли сомнения, что этого будет достаточно.

Я обхватила одной ногой его талию. Его бедра качнулись навстречу моим, но тут же напряглись, как будто он по-прежнему боролся с собственной потребностью. Это читалось по горящим искрам в его взгляде, по вздымающейся от бешеного дыхания груди – Бладсингер оказался таким же жадным, как и я.

Мои зубы вонзились в его губы, но внезапно я нечаянно прикусила одну из них.

– Певчая птичка. – Эрик застонал, разрывая поцелуй, и прижался лицом к моему горлу. – Никакой крови.

Верно. Одна капля крови приносила мучительную гибель. От этой мысли стало трудно дышать. Этому жалкому менестрелю была дарована неминуемая смерть за попытку соблазнить меня дразнящей песенкой.

Эрик убилради меня. Никогда не верила, что способна так близко принять чью-то темную сущность, но чем я больше размышляла о том, как король отрывал меня от себя, как вспыхивали его глаза в собственническом порыве при мысли о моей принадлежности к богам-менестрелям, тем сильнее хотелось прорваться внутрь него и не выходить оттуда до конца своих дней.

В исступлении я вжималась в его тело, дикая и заблудившаяся на пути, ведущем, как я знала, к гибели, но ничто не помогало остановить происходящее. Ни отравленная кровь, ни все остальное.

Внутри все раскалившееся до предела клокотало от нетерпения. Мне нужен был он. Весь. Прежде чем Бладсингер успел запротестовать, я взяла одно из его запястий и провела ладонью по бедру, дальше вверх по ребрам, пока он не прикоснулся к нижней части груди.

Эрик в ответ огрызнулся, разрывая связь, и вернул руки мне на бедра.

Он сделал попытку оттеснить меня на несколько шагов от себя, но я устояла на ногах и оскалилась.

– Я полностью в твоем распоряжении. Разве не этого ты хотел? Я позволю тебе овладеть мной.

По его чертам пробежала тень, что-то похожее на душераздирающую боль.

Его большой палец прошелся по моей нижней губе.

– Это не по-настоящему, милая. Я похитил тебя, я собираюсь уничтожить твою семью. Помнишь все эти жуткие подробности нашей встречи?

– Хватит. Прекрати. – Я покачала головой, попав в бредовую ловушку из неудовлетворенной страстной похоти и правды его слов, вонзившихся глубоко в грудь, как ржавое лезвие. Разум отказывался верить в происходящее. Нет. Я же хотела его. Он напоминал спрятанный кусочек моего сердца. И все же я ненавидела его. Должна была ненавидеть.