Книга Ночь масок и ножей, страница 143 – Л. Дж. Эндрюс

– Милорд, – я снова ахнула.

– Вы пленили меня, Фрейя. Я не верил, что такое возможно столь быстро.

Без месмера – нет. И, по правде, у нас было мало времени, прежде чем эффект от порошков Никласа начнет исчезать.

– Вы должны выбрать преданного слугу, – сказал Ниалл, – альвера, только для вас. Когда мы принесем обеты, вам предоставят лучших слуг, а самые лучшие получаются из альверов.

– Милорд, а разве вы сами не из альверов? – Ивар был альвером, это знали все, хотя никто точно не знал, что именно он умел. Общеизвестно было также, что оба его сына тоже альверы.

– Да. Медицкий, – сказал Ниалл, совершенно не расслышав моей интонации.

Мне хотелось завыть от смеха. Какое же у Норн было извращенное чувство юмора. Дать такому человеку, как он, дар исцеления. Он его не заслуживал.

В то время как он жил в своем дворце, торгуя собственным народом, альверы на улицах боролись и ногтями выцарапывали себе право на жизнь.

Ниалл потянул за потрепанную веревку. Тут же в задней части торгового круга открылась дверь. Сердце замерло в моей груди. Через нее прошел Мастер Церемоний. Облаченный в кричащую фиолетовую мантию и маску шута в золотую и черную клетку на лбу.

То, что он должен был делать, дабы убедиться, что на празднике весело, а люди в то же самое время лишались свободы, было особым мастерством.

Его внутренности, наверное, все почернели и засохли.

За спиной Мастера Церемоний в зал ввели цепочку людей. Они были одеты в простые робы ярко-красного цвета. У одной девочки были жуткие рубцы там, где ей связывали запястья. У маленького мальчика с волосами цвета глубокой полуночи и по-детски круглыми щеками от лба до челюсти тянулся уродливый порез.

Я затаила дыхание, когда ввели последнего, самого высокого.

Хагена.

Его тело стало тоньше. Его лицо побрили, а грязные золотые волосы обстригли близко к черепу. Я сжала кружево своего платья, чтобы не показать эмоций. Со своего места у дверей Кейз наклонил голову сперва на один бок, потом на другой. Для Ниалла это будет обычный жест, но для Рыси знак, что наша цель – мой сводный брат – была здесь.

Рука и плечо Хагена были покрыты бинтами, коричневыми от запекшейся крови, а с одной стороны головы набухла позеленевшая шишка.

– Что думаете, Фрейя? – спросил Ниалл, явно ожидая похвалы.

– Это… это примечательно, милорд.

Ниалл оскалился.

– Выбор за вами.

Я уже выбрала, но сердце ныло. Хаген стоит среди прочих. Что с ними станет? Вольна ли я была даже думать об этом? Мы не могли спасти всех. Как в том совете, что Сигурд когда-то мне дал, – казалось, столько времени прошло, – иногда жестокие вещи случаются.

Я подняла взгляд на Кейза. Словно зная, какая буря нарастала во мне, он кивнул. Безмолвное разрешение сделать то, что должно.

Мы не могли исправить всю несправедливость за одну ночь.

– Милорд, – сказала я, мягко кладя ладонь на руку Ниалла. Его это, казалось, очень порадовало, так что я еще и сжала пальцы. – Высокий альвер. Тот, что в конце. Что вы о нем думаете?

– А, опозоренный аристократ, миледи. Он привык к той жизни, что мы ведем, и, учитывая его зверские размеры, он, несомненно, станет неплохим сторожевым псом.

Я улыбнулась.

– Лучше и не скажешь.

– Хотя, – продолжил Ниалл, – у девочки с краю выдающиеся навыки рифтера.

– Они меня пугают.

Ниаллу, казалось, понравилось то, как я прильнула к нему, будто девочка-рифтер могла напасть в любой момент.