Книга Танец королей и воров, страница 111 – Л. Дж. Эндрюс

– Эти люди из вашего Черного Дворца просто ужасны, – сказала она голосом жестким, даже жестоким. – Мой кузен и сестра были мерзкими, но их первым указом было не использовать юных в качестве пешек. Я боюсь за Лайлу, за Эша и вашу малышку Ханну. За Эллиса и маленького сына Луки. Даже за ребенка Торвальда.

Королева чуть не плевалась от презрения.

– Они трусы, Элиза. И они заплатят.

– В этой твоей упрямой голове составляется хитрый план?

– Как и всегда. – Подмигнув ей, я повел рукой, предлагая ей шагать передо мной в сторону костра в центре нашего лагеря.

Возле огня Гуннар метался, как человек, впавший в безумие. До него, как и до Луки, было невозможно достучаться с тех пор, как он узнал о пленении своей сестры. Эрика сидела рядом с Софией, но глаза ее не отрывались от Гуннара Штрома.

Хаген выглядел растерянным. Казалось, он разрывался между опасностью, в которой оказалась его дочь, кипящей яростью сына, и тем фактом, что его любимая ни слова не сказала с той утренней сцены. Он положил руку на заднюю часть ее шеи, а Херья просто безучастно смотрела в огонь.

Я знал, что Херья Ферус молчала веками, это проклятье было разрушено только тогда, когда Вален занял место короля. Это молчание пугало, возможно, куда сильнее, чем любое проклятье. Херья уж точно убьет всякого, кто навредит ее детям, но ее шок пока не превратился в материнский гнев.

Торвальд держался в стороне и ничего не говорил. Он лишь подбрасывал свою монету и изучал звезды.

Кривы сгрудились вокруг Сола, Тора и Халвара, скорее всего, планируя наши следующие шаги, а Малин озадаченно смотрела на Ари, стоящего возле двух больших деревьев.

Ари что-то пробормотал одному дереву и бросил в его ветви камень.

– Какого пекла с тобой теперь не так? – рявкнул я.

Он развернулся, глаза у него были дикие.

– Он вернулся.

– Кто?

– Чертов ворон. – Он раздраженно зарычал и швырнул еще один камень к верхушкам деревьев. И верно, ворон каркнул и полетел прочь.

Элиза вздохнула:

– Ари убежден, что ворон следит за ним.

– Он и следитза мной! Я неотразим, это я и сам знаю, но я всецело уверен, что этот гадский демон явился прямиком из пекла, наши враги послали его шпионить за нами.

Я нахмурился. Птица улетела, но я не отводил глаз от тех веток, на которых она сидела.

– В чем-то он может быть прав. Какой-то ворон привел нас к Ходаг перед тем, как мы нашли вас.

Ари раскрыл рот:

– С этой треклятой птицей что-то не так.

Нужно будет потом об этом поразмыслить, но у нас были и другие тревоги.

– Пока забудь про птицу. Нам нужно отвоевать Фельстад.

Вален поднялся с бревна, когда мы подошли.

– Кейз, в следующих шагах веди ты. Ты знаешь руины, этот лес, и ты знаешь своих врагов лучше, чем любой из нас.

Колебания и жалкая неуверенность в себе были не теми эмоциями, к которым я привык. Как Повелитель теней, жестокий мастер сделок Востока, я каждый свой шаг делал с непоколебимой уверенностью. Но на один отчетливый миг мое дыхание сперло, когда я понял, что поведу два королевства.

Я никогда не испытывал подобного давления. Ставки никогда не были столь высоки. Дети зависели от нас. Право Малин на престол зависело от этих следующих шагов. Все наши треклятые жизни определялись этими следующими шагами.

Я долго удерживал взгляд Валена и молчал. Он чуть заметно кивнул, словно понимая причину моих сомнений. Малин взяла меня за руку. Она улыбнулась мне слабой улыбкой, наполненной тысячей слов. Ее уверенность во мне ни разу не пошатнулась. Даже если я сам не хотел в себя верить. Когда мы были моложе, она всегда была рядом и велела мне прекратить мямлить и сделать все необходимое, чтобы мы победили.