Онлайн книга «Второе высшее магическое»
|
Расчудесно. Закрывать пора эту лавочку. Далее буквы смазались да перемешались, словно что-то пожевало их в пути до меня, а после снова связно по несколько слов между белибердой: Наживаются… колдовство чёрное творят… Чудовище… князю Тишменскому… сквозь пальцы… …основание в верности его государю-батюшке усомниться… …надобно уличительное что найти, такое, чтоб прям вопиющее… …ко двору призвать, но это надо такую яму ему вырыть, что туда и вся Школа рухнет… Тут почуяла я, что силы вот-вот кончатся, да Прохвоста обратно дёрнула. Выскочил он из-под дома — и в туесок. А я подхватилась да как могла быстро ноги унесла от дома Лиходеевского, едва по дороге в лужу не свалилась. Только до боевого зала дойдя, на завалинку присела дух перевести да подождать, пока голова кружиться перестанет. Однако не зря я удачу свою на прочность пробовала. Услыхала всё, что надо. Теперь оно прямо в книжице и записано, да только кому покажешь? Разве что князю самому… Вряд ли, правда, меня до него допустят. Письмо разве написать? Да кто его там читать будет… От девки какой-то без роду-имени. Да и потом… Раз мимо князя проверку затеяли, значит, ему на самом верху доверия нет. Потому от него и избавиться хотят, а для этого Школу закрыть — первое дело. И наверняка князь — не лучик света, и доверие потерял за дело. А потому мне к нему подлизываться не стоит, не то его враги моими станут, а оно мне не надобно. Мне вовсе дела нет до того, что за игры он ведёт и кто под него копает. Да только не вовремя вы это затеяли, господа хорошие. Мне бы грамотку мою получить, а там хоть что делайте, хоть князя казните, хоть Школу закрывайте. Вот и выходит, что моя задача — время потянуть. Ежели этому Лиходееву голову заморочить, так глядишь он потыкается-помыкается, да и уедет. А там нового пока-а пришлют… Главное и его заморочить успеть. Достала я из сумки пирожок, в кабаке прихваченный, зажевала,пока думала, и надумала вот что: Прохвост уж повадился у Лиходеева кошельки тырить, так чего бы и не продолжить? Ежели он, на широкую ногу жить привычный, достатка лишится, так, глядишь, сам это дело забросит. Деньгами я теми пользоваться не стану, подкину лучше кому, вон, хоть Глазунову на всякий случай. Вызвала я котофея да отправила с поручением, только наказала дождаться, чтобы Лиходеев не видал ничего. А сама пошла к корпусам ученическим. А как подходить стала, слышу от ворот шум. Завернула поближе и гляжу — Глазунов с Жаровым да Тихоходовым в воротах застряли. Точнее, охрана их остановила вместе с девицами размалёванными да расхристанными, что с ними вместе пришли. Девицы визжали да хохотали, а вот парням не до смеха было: старшина охраны им уж предупреждение выписывал. Так-то! Потёрла я ручонки свои коварные да к дому почесала, пока не заметили. И снова до дома чуть не дошла — в закутке тропинки догнал меня Прохвост. Муркнул сзади — я едва не подпрыгнула. Оборачиваюсь — стоит, морда довольная, в зубах кошель туго набитый, а за кошелём тряпка стелется, огромная, ярко-алая. Я аж за голову схватилась. — Ты что же притащил-то такое? Неужто случайно прикусил вместе с кошелём? Выхватила у него мешочек-то, гляжу, а тряпка к нему заклинанием пришита. Точней, наоборот, кошель к тряпке. А тряпка та — не тряпка. А опашень маковый с золотыми разговорами. Точно такой, как в Колдовском приказе носят. |