Книга Второе высшее магическое, страница 97 – Юлия Жукова, Елизавета Шумская

— Ну там… из столицы? — подсказала я.

— Да какой столицы, им-то что за дело? Токма ежели ученические деньги на пропитание, что от царя-батюшки положены, вот ежели их покрадут, то да… Да всё одно с князя спросят, а он уж своих людей пришлёт. А что, подозреваете кого? — оживился он вдруг.

Ох подозревала! Да только вовсе не в том. Верно я поняла сразу, брешет Лиходеев, вот как собакенция диванная, на улицу выгнанная, так и брешет!

— Да нет, это я так, — отмахнулась. — О правилах раздумываю. А за что ещё предупреждения выписывают? Может, надо добрым молодцам помочь с путём жизненным определиться, чтобы не губили время молодое в четырёх стенах, м?

— Вот ты лиса, — хохотнул Быстров.

— Ну так-то, — неловко начал Чеснура, — ещё выговор делают, коли девиц продажных в Школу привести. Бывали у нас такие дела, кажинный год хоть кто да опростоволосится.

Теперь уж я с Быстровым переглянулась.

— А что, Вакей Жарович, в кабаке том в Угловке нет ли девиц доступных? А то молодцы наши разгорячатся, горе запивая, взалкают ласки женской, а те бы и рады ладных таких парней до дому проводить, м?

Хитрые глаза купца заблестели пуще прежнего.

— Дело говоришь, Велижана, ой дело! Только лучше не тамошних, а тутошних.

Позвонил он в колокольчик, подавальщика вызывая, и велел ему трёх девиц покраше к столу отрядить да чтобы с уличным одеянием явились. А стоило тому уйти, ручки пухлые потёр.

— Так-то будет им урок, товары мои губить!

Ну а я решила, что дело моё сделано, и пора мне до дому… А то там Лиходеев ещё непуганый остался, да и новую способность Прохвоста изучить бы получше, чтобы больше так не попадать.

Яросвет лежал на топчане, заложив руки за голову, и пытался заставить свою голову думать. С самого утра он воспитывал Зайца, но без особого успеха. Белк то отвлекался на еду и шёл вовсе не туда, куда посылали, а туда, где снедь припрятана, то вовсе норовил на дерево забраться или дупло присмотреть вместо работы.

А самое главное — даже приказ выполняючи, Заяц никак не мог Чудину передать, что он разнюхал. Ни словами пересказать, ни образы показать. Разве что стащить что-то мог, но это если разумел, что именно, а то всё больше печенье да орехи тянул, кикиморин пасынок.

Яросвет хотел было с Горихвостовой посоветоваться, послал за нею ученицу первую попавшуюся, а та воротилась и говорит, мол, ушла Горихвостова в город на весь день, а по какой нужде — не сказывала. Ну что же, не будет же Чудин по всей Тишме эту лисицу искать? Плюнул да попытался по старинке чего-нито разведать. К Правдославу в покои пробрался, пока того в Школе не было, перерыл все сундуки-шкатулочки, аж половую доску подковырнул да нашёл там баклашку самогонки да горсть золотых.

Изо всех бумаг полезного нашёл лишь то, что на свежих самых почерк у Правдослава чуть изменился. Вроде незначительно, но намётанным глазом разглядеть можно. А кроме того — расписку нашёл от купца Тихомирова о том, что в любой его лавке может учитель получить монет на сумму увесистую, да только за какую услугу — не сказано. А учителя народ такой, приколдовывают на стороне только в путь, и никто им не запрет, вот и толку с той бумажки… Ну сделал что-то для Тихомирова, так чего б нет, особливо коли у Правдослава душечара полезная какая. Вот ежели б подслушать разговорчики его…