Книга Любовь на Полынной улице, страница 57 – Анна Дарвага, Мария Сакрытина, Анастасия Худякова, и др.

Бр-р-р! Надо побыстрее двигаться, а то вскоре на первой полосе «Тене́бриса» напишут: «Этери Фламмарис — первая в Онимусе огненная элементаль, умершая от переохлаждения».

Улыбнувшись собственным мыслям, она уже собиралась направиться к задней двери поместья, как вдруг ее внимание привлекло движение на противоположной стороне улицы. Там, прислонившись к стволу дерева, стоял высокий мужчина в темном плаще с глубоким капюшоном. И он смотрел прямо на нее.

Сердце Этери рухнуло в пятки. Странное чувство вернулось снова: кто бы там ни отирался, он явно наблюдал за ней.

Перехватив поудобнее коробки и свертки, вжав голову в плечи, Этери торопливозашагала прочь. В голове проносился миллион мыслей: от предположений о том, кто мог преследовать ее, до обвинения себя в излишней самоуверенности.

Кому я нужна? Что за глупости? Обычный прохожий, который ждет своего друга…

Полностью поглощенная этими мыслями, она и не заметила, как оказалась на кухне в светлоэльфийском поместье, и очнулась, только когда мадам Ноксара по привычке принялась громко ее отчитывать:

— Дорогуша, такими темпами вы и обучение свое не отработаете, не говоря уже об очередной плате за работу. Придите в себя, или вы хотите вместо рассрочки сразу вернуть мне весь долг?

Этери вздрогнула и выдавила кривую улыбку:

— Простите, мадам Ноксара! Конечно, я сейчас немного согреюсь и буду полностью готова.

Та с недовольством осмотрела Этери и демонстративно отвернулась.

Этери бросилась к плите, на которой что-то жарилось. Едва она протянула руку к огню, как непонятно откуда взявшаяся поварешка легонько стукнула ее по руке.

— Огонь магический саламандре вредный. Подожди малость, Ха даст тебе живой огонь.

Этери опустила взгляд и только сейчас заметила несколько домовиков, которые деловито сновали по кухне. Некоторые из них лично занимались приготовлением еды, а другие использовали домовую магию, недоступную другим расам.

Она благодарно улыбнулась, стала на колено и коснулась кулаком правой руки лба, а затем подбородка. Домовушка расплылась в широкой улыбке:

— Саламандра знает аркоу́н[43]. Ха нравится саламандра.

С этими словами она протянула Этери огарок свечи.

Коснувшись настоящего, живого, а не магического пламени, Этери почувствовала, как ее накрывает волной силы: от кончиков пальцев до самых волос пламя лавой разливалось по телу, вымывая последние крохи холода. Спустя пару мгновений Этери выдохнула и весело рассмеялась, заметив пар, окутавший ее голову.

— Живой огонь — лучшее средство для сушки волос, — заметила Ха и вложила ей в ладонь небольшую булочку. — Саламандре пора работать.

Этери еще раз повторила аркоун и бросилась на поиски мадам Ноксары.

Больше трех часов они выбирали фасон, рассматривали ткани, обсуждали украшения и детали будущего свадебного образа мисс Лавинии, дочери хозяина поместья.

Когда работа была сделана, Этери вместе с хозяйкой вышла через парадный вход. Онатут же с тревогой посмотрела на противоположную сторону улицы. Странный незнакомец все еще стоял там.

И не скучно же ему…

Как бы Этери ни тревожилась, ей льстило такое внимание. Она встряхнула локоны, позволив расшалившимся огонькам пробежать по ним, выпрямила спину, как учила мадам Ноксара, и направилась в сторону выхода из Белых кварталов, стараясь не смотреть в сторону незнакомца.