Книга Грим, страница 88 – Анастасия Худякова

Хотя как вообще зародилось его убеждение в том, что он должен быть один? Может быть, раньше просто не было никого, кто был бы способен его понять? Роман никогда не шел на поводу у чувств. Он непреложно верил, что они подчиняются разуму, не наоборот. А значит, он ни за что не полюбил бы кого-то недостойного, кого-то, кто не подходил бы ему и его жизни всецело. Глядя в окно, Роман различил на мостовой внизу женский силуэт, напоминавший Теодору. Она была лучшим человеком из всех ему известных. Теперь, когда в ней произошла эта непонятная перемена, благодаря которой она стала как будто на голову выше, тверже, увереннее, а потому во сто крат опаснее, он рассудил, что разум его не мог бы избрать никого иного, и никого иного не в силах был полюбить так же глубоко, так сильно, что это грозило перерасти в безумие.

Роман поднялся, захватил куртку и вышел из номера.

* * *

Теодоры в ее номере не оказалось. Спускаясь в холл, Роман пробовал дозвониться до нее, но она не отвечала. Он вышел из отеля и побрел по мощеной узкой улице вниз, к морю. Белые деревянные дома тонули в сумерках, и весь мир окрасился в пыльно-синий, как будто это море разлилось и теперь все вокруг было одного с ним цвета.

Роман спустился к пристани и пошел вдоль набережной, глядя на темные мачты пришвартованных яхт. Кафе и рестораны манили туристов и местных жителей теплым уютным светом ламп и ароматом готовящегося лосося. Казалось, городок не засыпал, а только пробуждался и становился похожим на почтовую открытку.

Из здания слева, вероятно, кирпично-красного, но теперь как будто черного цвета, с треугольной крышей и большим красивым входом вдруг выбежал мальчик лет одиннадцати и бросился наперерез Роману, так что ему пришлось резко затормозить, из-за чего он с трудом удержал равновесие. Ребенок летел на всех парах, не глядя по сторонам. Роман окликнул его и посмотрел туда, куда он несся, так и не оглянувшись. В подступающей темноте что-то метнулось и забилось в угол между двумя домами, стоящими вплотную друг к другу. Оно двигалось. Роман подошел поближе. Мальчуган опустился на колени и что-то нашептывал. В углу Роман смог различить пушистый хвост и предположил, что это кот.

– Порядок, парень? – окликнул он, оказавшись рядом.

Мальчик обернулся и встал. На руках он действительно держал кошку с огромными, почти что бешеными от испуга глазами.

– Моя кошка испугалась чего-то и сбежала. Она такая трусиха!

– Ты молодец, что пошел за ней, но, на будущее, смотри на дорогу, прежде чем так лететь. Вряд ли кто-нибудь, включая кошку, обрадовался бы, окажись там вместо меня какой-нибудь грузовик.

Роман никогда не умел общаться с детьми и знал об этом. Он ожидал, что мальчуган сразу сбежит, такой же испуганный, как и его кошка. Но тот только виновато кивнул и подошел к Роману поближе.

– Простите, – протянул он. На нем были бриджи и тоненький джемпер, и теперь он поеживался от холода. – Обычно она так не делает.

Мальчик продолжал успокаивающе гладить кошку и крепко прижимал ее к себе. Роман жестом пригласил его вернуться, и они медленно пошли к зданию.

– Думаю, она испугалась кого-то… Он так резко вышел. А Пеппи как раз была в коридоре. И тут в нее как будто демон вселился.

– Кошку зовут Пеппи?

– Ага.

Она действительно была рыжей, совсем как веселая и свободная девчушка Астрид Линдгрен[12]. Роман внимательно посмотрел на мальчика, который шагал с кошкой в руках, глядя под ноги, чтобы не оступиться. Длинные ресницы казались совсем черными и очень густыми. Роман так редко испытывал нежность, что в тот момент даже не смог понять, что именно чувствует, глядя на мальчишку, который много читает и спасает животных из-под колес машин.