Онлайн книга «Среди чудовищ»
|
— Не называй так… — Простите... Все яснее и твёрже давление к бедру, хочу потянуться к нему и сделать что должно — он останавливает мои руки, переплетает пальцы и снова заводит за голову. — Ты ничего не делаешь. Делать буду я. ... И он делает. Когда тело становится теплым и отзывчивым, его руки обретают силу и настойчивость, а губы — жадность; жадность эта несдержанная, словно звериная, он целует урывками, словно кусается, искры пуская под кожу, искры эти сливаются друг с другом, все тело затягивая своей жалящей паутиной. Он целует и лижет везде, где может дотянуться — а дотягивается он везде. Когда обнаженное тело покрывает меня своим жаром, все мое существо словно собирается в одну точку. Весь мир и все мое телословно становятся одним целым и осознаются, осязаются мной, все обостряется до предела. Сейчас это произойдет. Сейчас моя жизнь пересечет эту черту, сейчас, вот сейчас... Аран сжимает мои пальцы и подносит к губам. По очереди их целует, потом слегка приподнимается — и вот он там, внутри. -..! Меня хорошо учили — я уверена, лицо не выражает и капли той беспомощной, обидной боли, которую испытывает тело. Вот и все... вот оно и случилось... — Прости... - шепчет мужчина мне на ухо хрипло и неровно. — Я... я подожду... Слезятся глаза — от боли?.. а где именно болит?.. Аран обнимает меня — как будто мало того, что он уже сделал — гладит по голове и ждет. Ждет бесконечно долго, хотя сам от нетерпения уж мелко подрагивает. Так, хватит. Подбери сопли, курица. Это клиент, и он заплатил не за то, чтобы просто лежать. Я обнимаю его, прижимаясь чуть крепче — безусловный сигнал, который должен быть понят однозначно. И он его понимает — начинает медленно двигаться внутри, от жжения слезы текут по лицу, клокочет в груди... больно... я знала, конечно же знала, что будет больно, даже примерно представляла, как именно...Но быть готовой до конца, наверное, невозможно. — Прости... прости... прости, пожалуйста... - как заведенный шепчет Аран, пока я молча обнимаю его за плечи, прячу лицо... скорей бы закончилось... скорей бы все... Он на мгновение отстраняется, ищет мой взгляд и, найдя его, тут же останавливается. — Боги, все так плохо? — Н...нет... прошу, продолжайте... — Издеваешься? Как я могу это делать, когда ты плачешь? — Я не... - голос срывается, звучит высоко и ломко. Вот черт... провалилась... строила из себя не пойми что, а сама по итогу... — Так, хватит, — он садится, ищет покрывало и заворачивает меня в него, как в кокон. — Ну все, все... все, больше ничего не буду делать... это была ужасная идея... прости меня... надо было что-то придумать... Внутри все кипит и кипит, колючее, ядовитое, жалящее... Слезы текут по лицу градом, хотя телу не так уж и больно... ему бывало стократ больнее, но от полученной ласки и заботы с каждой секундой все хуже и хуже. Аран обнимает меня и что-то бормочет, но слов его уже не слышно. То, что в наивности своей я приняла за удачу, только что стало моим проклятием. 1-3 Аран уходит утром — тихо и не прощаясь. Рассвет заливает серостью голые стены, кровать и комод с инвентарем, до которого никто не добрался. Хозяйка смотрит испытующе, но ничего не говорит — раз клиент не пожаловался и не потребовал деньги обратно, то все в порядке. Она меняет жетон на моей цепочке с белого на красный и сухо произносит: |